Кто был отцом Павла I - Петр Федорович или Сергей Салтыков?

«Слава богу, мы - законные!»
/Опубликовано в "Русском слове", Прага/

Говорят, в 1754 году придворные российского императорского двора шушукались, какое отчество больше бы годилось новорожденному Павлу, сыну великой княгини Екатерины   - Петрович или Сергеевич? Позже этот слух превратился в вопрос, прервалась ли на Павле
I кровная линия Романовых? На него можно ответить вполне определенно – нет, не прервалась. Но определенно история династии загнула в область фантазий и вымыслов.

Существует забавный исторический анекдот: будто бы Александр III поручил Победоносцеву, своему учителю и уважаемому советнику, проверить слух, что отцом Павла I был не Петр III, а Сергей Васильевич Салтыков, первый любовник   будущей императрицы Екатерины II. Победоносцев вначале сообщил императору, что, в самом деле, отцом мог быть Салтыков. Александр III обрадовался: «Слава Богу, мы – русские!» Но потом Победоносцев нашел факты в пользу отцовства Петра. Император, тем не менее, обрадовался снова: «Слава Богу, мы – законные!».
Мораль, если она вообще может выводиться из анекдота, проста: природа власти не в крови, но в умении и желании властвовать, остальное к этому можно приспособить. По крайней мере, такова природа имперской власти – каждая империя тянет за собой огромное количество неразрешенных противоречий, одним больше – ничего страшного. 
Однако как мог возникнуть этот сюжет и вместе с ним многочисленные вариации на эту тему? Как не странно, но его во многом создала Екатерина II. В своих «Записках» она пишет о начале романа с Салтыковым весной 1752 года: «Во время одного из этих концертов (у Чоглоковых) Сергей Салтыков дал мне понять, какая была причина его частых посещений. Я не сразу ему ответила; когда он снова стал говорить со мной о том же, я спросила его: на что же он надеется? Тогда он стал рисовать мне столь же пленительную, сколь полную страсти картину счастья, на какое он рассчитывал…»
Далее подробно описываются все этапы романа вплоть до достаточно интимных – сближение осенью 1752 года, беременность, которая закончилась выкидышем по пути в Москву в декабре, новая беременность и выкидыш в мае 1753-его, охлаждение любовника, заставлявшее страдать Екатерину, строгий присмотр, установленный за великой княгиней в апреле 1754, означавший удаление Сергея Салтыкова. А Павел, как известно, родился 24 сентября 1754 года. Петр упоминается в этой главе записок только в связи с его пьянством, ухаживанием за фрейлинами Екатерины и прочими дамами, а также подозрениями, которые возникли у него в отношении Сергея Салтыкова. Из всего этого рассказа следует, что отцом Павла мог быть Салтыков. Более того, автор «Записок» создает это впечатление намеренно.
Однако Екатерине не приходится особенно доверять. Ей ведь приходилось разными способами оправдывать свой захват власти. После свержения мужа она сочинила столько историй о нем и их отношениях, что историкам, разбирающим, что там правда, а что нет, хватит работы надолго. (Что стоит, скажем, побасенка Екатерины о якобы осужденной и повешенной Петром на виселице крысе, съевшей двух его игрушечных солдатиков. Повесить крысу, как, человека – невозможно. Для этого у крысы слишком мощная шея. И веревка с нее соскользнет. Байка ничтожная, а поди ж ты, историографы со времен С. Соловьева доверчиво повторяют ее снова и снова.).
Вот и эта история – требует исследования мотивов Екатерины, зачем-то бросающей тень на собственного сына.
По мнению историка С. Мыльникова, автора книги о Петре III, Екатерина побаивалась потенциальных сторонников Павла, которые могли бы требовать трона для правителя с царской кровью взамен иноземки, власть узурпировавшей и никакого права на нее не имеющей. До переворота было высказано предложение (Н. Панина, наставника Павла) объявить Екатерину не императрицей, но регентшей малолетнего наследника до его совершеннолетия. Хоть оно и было отвергнуто, но окончательно забыто не было.
Ход императрицы был вполне логичным с точки зрения политической борьбы – она еще раз говорила противникам, что и Павел этой крови не имеет – ни капли! И прав на престол имеет не больше, чем мать. Но, может, Екатериной двигали иные соображения. Может быть, она в очередной раз выдвигала на первый план себя, свои потребности, желания и таланты вместо какой-то там царской крови, создавшей презираемого ею мужа и, в общем, никчемной.
И еще С. Мыльников убедительно доказывает, что Петр III безусловно считал Павла своим сыном. Он сравнивает извещение о рождении сына, посланным им Фридриху II, c аналогичным извещением о рождении дочери Анны, которая точно была от следующего любовника Екатерины – Станислава Понятовского, о чем Петр знал. Действительно, разница между двумя письмами велика.
Иной точки зрения придерживается другой историк – Н. Павленко. Он пишет: «Иные придворные, наблюдавшие семейную жизнь великокняжеской четы, шепотом поговаривали, что младенца по батюшке надлежит величать не Петровичем, а Сергеевичем. Вероятно, так оно и было».
Так кому же поверить? Петру? Намекам Екатерины? Давно отзвучавшему шепоту придворных? Пожалуй, эти пути уже слишком истоптаны и ничего нового не дадут. 
Интересно, какими материалами пользовался Победоносцев. Не портретами ли участников истории? Ведь черты лица наследуются и принадлежат кому-то из родителей – это знали и до появления генетики, как науки. Мы тоже можем провести небольшой анализ, пользуясь портретами.
Они перед нами – и «урод» (так императрица Елизавета называла племянника во гневе) Петр, и красавец Сергей и любвеобильная Екатерина. Последняя о себе молодой вспоминала так: «Говорили, что я прекрасна, как день, и поразительно хороша; правду сказать, я никогда не считала себя чрезвычайно красивой, но я нравилась, и полагаю, что в этом и была моя сила». Француз Фавье, видевший Екатерину в 1760 году (ей был тогда 31 год), подверг ее внешность довольно суровой оценке: «Никак нельзя сказать, что ее красота ослепительна: довольно длинная, никак не гибкая талия, осанка благородная, но поступь жеманная, не грациозная; грудь узкая, лицо длинное, особенно подбородок; постоянная улыбка на устах, но рот плоский, вдавленный; нос несколько сгорбленный; небольшие глаза, но взгляд живой, приятный; на лице видны следы оспы. Она скорее красива, чем дурна, но увлечься ей нельзя». 
Эти и другие оценки можно найти в книге Н.Павленко «Екатерина Великая». Интересные сами по себе, они подтверждают соответствие описаний и портрета, мы можем его использовать совершенно уверенно.
Сергей Васильевич Салтыков – тоже длиннолиц, черты лица пропорциональны, глаза миндалевидные, губы маленькие, изящные, высокий лоб, нос прямой и длинный. Екатерина писала о нем: «он был прекрасен, как день, и, конечно, никто не мог с ним сравняться ни при большом дворе, ни тем более при нашем. У него не было недостатка ни в уме, ни в том складе познаний, манер и приемов, какой дают большой свет и особенно двор».

 
Петр III                                                                       Екатерина                             Сергей Салтыков
 
                                                     
                   Павел I (детский портрет)         Павел I взрослый (графический набросок)
 
Рис. 1. «Родители» и сын (использованы фрагменты портретов).
 
В сравнении с ними Петр Федорович, конечно, катастрофически проигрывает внешне – и отличается рядом черт, которые мог оставить своему потомку только он. Лицо у него довольно круглое, даже скуластое. Лоб покатый, нос более короткий, чем у Екатерины и Сергея Салтыкова, весьма широкий в переносице, рот большой, глаза узковатые и поставлены широко. И еще он был щекаст.
Портреты Павла свидетельствует о явном сходстве с Петром. Особенно взрослые портреты. Та же форма лица, покатый лоб, большой рот, короткий нос – даже помня о возможности существования рецессивных признаков, Салтыков и Екатерина (оба «прекрасные, как день») настолько некрасивого потомка, которого адмирал Чичагов называл «курносым чухонцем с движениями автомата», не сотворили бы. Если бы отцом Павла был Сергей Салтыков, иной была бы форма лица и лба, иными были бы губы и нос – поскольку у Екатерины и Салтыкова они были подобны, резко отличаясь от черт Петра. И, надо думать, иным бы был и характер. Черт Петра в лице Павла так много, что не нужен даже анализ ДНК, чтобы сказать определенно – да, отцом Павла Сергей Салтыков не был. Им был Петр III.
Кстати, по дате рождения видно, что наследник оказался типичным плодом праздников – вот и Екатерина вспоминает, что отмечала Новый Год у императрицы – конечно, с мужем. Видно, в ту ночь, после празднования, и был зачат будущий Павел.
Подтверждается мнение С. Мыльникова, что отцовство Салтыкова – нарочно обыгрывалось Екатериной. Кто был настоящий отец ее сына, нет сомнений, – она прекрасно знала. Вероятно, по этой причине она вела себя к Павлу крайне холодно. Ребенком она спокойно оставляла его на попечении нянек и не видела неделями. Уже взрослого сына она хотела заставить отречься от права на престол в пользу внука, Александра.  
Эта маленькая история еще раз подтверждает характеристику, которую дал Екатерине историк Я. Барсков: «Ложь была главным орудием царицы: всю жизнь с раннего детства до глубокой старости, она пользовалась этим орудием, владела им, как виртуоз, и обманывала родителей, любовников, подданных, иностранцев, современников и потомков». Рекордами лжи Екатерины были ее рассказы о положении русских крестьян: «Наши налоги так необременительны, что в России нет мужика, который бы не имел курицы, когда он захочет, а с некоторого времени они предпочитают индеек курам» (письмо Вольтеру, 1769 год) и «Бывало прежде, проезжая по деревням, видишь маленьких ребятишек в одной рубашке, бегающих босыми ногами по снегу; теперь нет ни одного, у которого не было бы верхнего платья, тулупа и сапогов. Дома хотя по-прежнему деревянные, но расширились и большая часть их в два этажа» (письмо Бьельке, подруге матери, 1774 год). Крестьяне, живущие в двухэтажных избах, с детишками, одетыми в тулупы и сапоги, предпочитающие индеек курам – есть в этом, конечно, почти маниловская мечта и не только элемент обмана, но и самообмана.
Именно он добавил к двум отцам Павла еще и третьего претендента – Емельяна Пугачева. Удивительная, надо сказать, ирония истории: три отца у одного будущего императора. Фантомные потемкинские деревни, которыми прославилось правление его матери. Фантасмагория его собственного правления с несуществующим, но делающим карьеру поручиком Киже (пусть это и вымысел Тынянова, но вполне, как говорится, аутентичный). Сын-отцеубийца, который не то умер в Таганроге, не то в Сибири. Все будто пропитано той первоначальной фантазией Екатерины. Право, ложь имеет длинные ноги.
Но что оставалось делать Екатерине? Ее роль была ролью канатоходца. Кто в те дерзкие времена не понимал, что властью надо делиться с достаточно широким окружением, кончал плохо – взять хотя бы мужа и сына Екатерины. Императрица с ее большими планами, волей и работоспособностью была по результатам правления не худшей из российских монархов. Но от большинства благих устремлений ей пришлось отказаться. Не следует также приписывать заслуги России того времени ей одной – люди, с которыми ей приходилось ладить и доверять важные посты, за успехи страны отвечали не меньше.
Однако власть, которая должна постоянно прибегать ко лжи и создавать иллюзии, вызывает скепсис. Хорошо действуя во внешней сфере, Екатерина оказалась решительно слаба в решении внутренних проблем. Придав имперскому каркасу, созданному Петром Великим, внешний блеск, она ничего не сумела сделать с отрицательными сторонами его реформ. Вот и приходилось закрывать глаза на состояние страны, обманывать и обманываться.

 

Задал бы много вопросов.
Откуда такая версия и чем потверждена?
Как это можно было все организовать - ведь Екатерина была великая княгиня, а не императрица Елизавета, чтобы срывать деревни?
Если это решила Елизавета, то зачем она сделала это? Как быстро решила? Как добивалась, чтобы никто не узнал и не проболтался? Почему взяли сына чухонки?
Aвтору респект за замечание о крысе! Вот как развенчиваются самые устойчивые анекдоты:возьми да попробуй,ха-ха! Насчет физиономического анализа непонятки имеются. Каким образом в лице Петра можно углядеть круглолицость, большеротость, да еще какую-то прости Господи "щекастость" - не пойму. Взглянуть на любой портрет - хоть Рокотова, хоть Гроота парный их с Екатериной, хоть Пфанцельта - ну ясно же нарисовано лицо узкое и длинное, с челюстью в два раза Уже височной части, можно хоть циркулем мерить. Вообще самое смешное - это то, что Салтыков и Петр были сильно похожи. Салтыкову была присуща еще одна характерная черта Петра - темные глаза на белом лице, его даже прозвали при дворе за это "мухой в молоке". Смешно потому, что "несчастная в браке соломенная вдова" выбрала в любовники не голубоглазого великана а ля Орлов, а человека до тошноты похожего на постылого мужа! Не очень на самом деле похожи внешне Петр и Павел. Зато характеры и темперамент - один к одному. И вообще, считал Петр Павла сыном - значит сын и точка. А свою пресловутую курносость Павел Петрович мог унаследовать только от одного родственника - от прабабушки, Марты Скавронской. Удивительно, что никто не видел этого очевидного факта. Или притворялся, что не видит.
Надо бы проверить. Говорят, сейчас есть программы поиска соответствий в портретах. Их бы попробовать.
По-моему, нечто от Петра Третьего есть и во внешности Николая Второго.
"А свою пресловутую курносость Павел Петрович мог унаследовать только от одного родственника - от прабабушки, Марты Скавронской. Удивительно, что никто не видел этого очевидного факта."
По-моему, Марта Скавронская (Екатерина Первая), была по происхождению эстонкой или ещё какой-нибудь финно-угоркой. Отсюда и схожесть Павла с чухонцами.
А внешняя неприглядность Павла вполне может объяснятся его происхождением. Ведь Екатерина Вторая приходилась Петру Третьему троюродной сестрой по линии его отца. Таким образом, как минимум 4% генов Павла Первого появились в результате инбридинга, пусть и между дальними родственниками. А если ещё учесть, что у германских князей, предков Петра Третьего и Екатерины Второй, весьма часто происходили кузенные браки...
Неа,. Нужно Наришккина спомить
"женское" доказательство, что Павел - сын Петра III :
Нелюбовь Екатерины к Павлу - известный факт.
Екатерина не любила своего мужа.Соответственно не любила и сына .рожденного от нелюбимого мужчины.
Детей от горячо любимых она тоже особо не жаловала,Бобринскому деревеньку в тульской губернии,чин армейского поручика и запрет появлятся в столице до смерти мамаши.После бабского тронного бардака 1725-1796,все вопрос законности крови и рода Романовых выглядят глупо.
Отцом Павла #1 был Павел #2 :-)))
Или все-таки карлик Путин?
Гм Это персонаж исторического масштаба значит вполне может интересно с кем она еблась Секс для здоровых людей приличная часть жизни для нездоровых обсуждение того что значение секса преувеличенно Мне например интересна Ева Браун Деница вам нет каждому свое
Крысу можно сперва убить молотком, например. А потом повесить уже мёртвую. Пётр любил играть. любил выстраивать диспозиции из солдатиков. Повешение крысы -- не как настоящая казнь через повешение, а как инсталляция, -- вписывается в его повадки и привычки.
Какой бы ни была Екатерина, - но она оставила православие как основную религию в России, что собирались изменить все Петры, начиная с Первого и кончая Павлом, когда уже было по сути всё готово к "Реформации". После нее началось воспитание царей в православном духе уже начиная с её внука, Александра 1. Посадить её помогли то ли англичане то ли голландцы, - которые боялись усиления России. Вот и думайте, - кому было выгодно повести Россию в ту жопу, из которой она не может выбраться до сих пор.
Современники Сталина однозначно сравнивали его с Иваном Грозным. Поэтому советские историки придумали байку, что Пётр I де был сущий деспот, самодур и антихрист - товарищ Сталин один в один.
Какой бы ни была Екатерина, - но она оставила православие как основную религию в России, что собирались изменить все Петры, начиная с Первого и кончая Павлом, когда уже было по сути всё готово к "Реформации". После нее началось воспитание царей в православном духе уже начиная с её внука, Александра 1. Посадить её помогли то ли англичане то ли голландцы, - которые боялись усиления России. Вот и думайте, - кому было выгодно повести Россию в ту жопу, из которой она не может выбраться до сих пор.
Протестантизм привел Германию, Голландию и Англию к процветанию. Почему он именно Россию должен был привести в жопу? И почему православная Россия все равно оказалась там же?