May 14th, 2008

Иванчук удивляет.

В Софии играется очень сильный 2-круговой  турнир - 6 гроссмейстеров: Веселин Топалов (Болгария, 2767), Левон Аронян (Армения, 2763), Теймур Раджабов (Азербайджан, 2751), Василий Иванчук (Украина, 2740), Бу Сянчжи (Китай, 2708), Иван Чепаринов (Болгария, 2695). 
Иванчук выиграл первый круг - 5 из 5!



Но даже и при таком старте у Иванчука остался конкурент, Топалов, который набрал 3,5 из 5.

В 6-ом туре Вася сыграл вничью с Раджабовым, а Веселин обыграл сникшего Ароняна.
Так что борьба за 1 место  еще идет.

К чему пришли современные шахматы - свидетельство шахматиста экстра-класса.

 С www.chesspro.ru - из интервью Евгения Атарова с Левоном Ароняном ( http://chesspro.ru/_events/2008/aronian.html ):

– Нет ощущения, что соотношение вкладываемого труда и результата основательно изменилось? Пятьдесят лет назад как было: Ботвинник посидел у себя на даче, философски проник в суть позиции, сыграл несколько партий с Рагозиным – и вот вам «вариант Ботвинника», вот стратегическая линия во французской защите, на которую потом ловил людей десятилетиями…

– Что сказать, интересные были времена. (Смеется.) Сейчас такого нет. Скажем, что в девяти случаях из десяти понимают под новинкой? Это вариант, который ты посмотрел внимательно, а твой соперник – нет, потому что тот считается неопасным. И тебе удалось выиграть. Или кто-то нашел ничью в тяжелом варианте, на который до него никто не отваживался пойти. Он с удовольствием ставит буковку «N» и отсылает партию в «Информатор». Потом еще что-то найдет…

В каком-то смысле это битва за информацию. Вернее даже – за достоверную информацию. Конечная цель в такой работе – не поиск стопроцентной истины, а результат конкретной партии. Поэтому так редко и происходят глобальные открытия, нет новинок, целиком закрывающих варианты. Опять же времени мало, много перекладывается на компьютер. Люди ищут, где поставить проблему.

– И территория для творчества в шахматах с каждым годом сужается?

– Безусловно. Особенно сильным это чувство бывает, когда проходит много времени между сборами, и ты не отыскал с друзьями чего-нибудь новенького. Перед этим сплошная депрессия: ходишь, жалеешь себя: всё соперники изучили, всё перелопатили, невозможно бороться! (Угрюмо так.) Ну, никакого простора.

И это общая тенденция. Вооружившись компьютерами, все копают так глубоко, что партия зачастую заканчивается, не успев начаться. На моей памяти была не одна ничья, в которой сразу оба соперника заранее знали «диагноз», который должен определиться ходу где-то к 40-му… Нужно иметь хорошую память. Играть без нее трудные варианты уже становится просто опасным для жизни.

И ведь ни для кого не секрет, что с каждым годом тенденция будет усугубляться: машины становятся быстрее, сильнее. Теория сворачивается потихоньку.

Помню историю. Года три назад на сборе я с друзьями анализировал один вариант. Шлифовали его два дня. А недавно «проанализировали» его снова, потратив на это минут тридцать – и нашли форсированный выигрыш! В принципе, в работе мы не сильно компьютер используем, а тут вдруг включили. Тогда-то смотрели-смотрели: нашли какую-то дикую идею, загорелись ею – в итоге наиграли какой-то ма-аленький плюс. Все в поту, все измученные! А тут – выигрыш…

– Компьютеры компьютерами, но, садясь за доску, все равно придется думать своей головой, а не только воспроизводить анализы!

– А до этой самой игры дело может просто не дойти! Если вовремя не освежить память, то во многих главных вариантах запросто можно нарваться на форсированную ничью или форсированный же проигрыш. Зачем ставить себя в заведомо невыгодную ситуацию, когда тебе надо мучиться, а сопернику – нет?

– Послушав такие рассуждения, может показаться, что на высшем уровне вообще стало неинтересно играть в шахматы…

– Почему? Очень интересно! Интересно, где тебя поймают или где ты поймаешь соперника на разработку. Посмотрел ли он то, что ты посмотреть успел?