April 14th, 2013

"Большой город" или что почем?

BG
фото - gazeta.ru

What is "маленькая зарплата" для московск
ого журналиста?


О скандале в редакции "Большого города" не написал только ленивый.  Но между прочими отозвались и  пушки большого калибра вроде Максима Соколова и Виктора Топорова.
Виктор Топоров задается вопросом
«Но почему бы не согласиться на сокращение объективно неплохих зарплат (уменьшившись вдвое, они все равно останутся неплохими) с тем, чтобы, счастливо избежав увольнений, продолжить заниматься любимым делом? Тут вопрос, однако, раздваивается. Любимым ли делом занимаются журналисты «Большого города»? А что, собственно, является для них любимым делом?» http://izvestia.ru/news/548635#ixzz2QQr7Lf6z

А один заголовок в сети гласит: "Большой город" с маленькими зарплатами" - . 04.2013 | (с) Екатерина Брызгалова, Газета.Ru

Стало интересно, а что такое мало, и что такое неплохо для журналиста в Москве?

Владелец «БГ» Александр Винокуров  говорит, что журнал стоит ему сейчас 10,8 млн, а он считает, что максимально готов платить лишь 6 млн. Если большая часть (4 млн, скажем) должна получиться из снижения зарплат вдвое, а редакция журнала состоит из 35 человек, включая программистов, которые делают сайт, то неплохая зарплата – это 125  тыс. руб, а маленькая – это 60-65 тыс. Так?
А как в небольших городах? Раскопки в сети дают следуюшие  подробности:  при условии активной работы 15-20 тыс.  но это явно потолок, потому что сами провинциальные журналисты пишут о зарплатах 8-12 тыс.
Один журналист из не такой уж маленькой Тюмени в нефтяном краю  сообщает о хорошей зарплате в 15 тыс. руб. Прямо таки мечта уругвайца. "Средняя зарплата журналистов в Уругвае – 500 долларов в месяц. Этого более или менее достаточно для того, чтобы жить, - говорит Корбело. - Хотелось бы получать 1000 долларов, это было бы очень хорошо".

А как в Мекке журнализма – в США?  По тому же последнему источнику:
«Журналист Богдан Матияш из Лос-Анджелеса...: "К сожалению, работа журналиста в Штатах не считается уж очень престижной, - говорит Богдан Матияш, - а в нынешнее кризисное время работу достаточно легко потерять, но сложно найти". Средняя зарплата журналиста в США в зависимости от опыта и стажа, должности, вида СМИ и географии штата... от 35 тыс. до 70 тыс. долларов в год. Из этих сумм исчислеются налоги (как правило, около трети), также выплачиваются разные кредиты и ипотеки, так что на руках остаются совсем небольшие деньги - около тысячи-двух долларов в месяц плюс минус 300-800 долларов. Богдан Матияш отмечает, что в США минимальной зарплатой считается сумма в 20-25 тысяч в год. "Т. е. ниже уже некуда, это практически бедность, жизнь от зарплаты до зарплаты, минимальная возможность получить хороший кредит и хорошую кредитную историю (она имеет огромное значение для жизни в США)".
Считаем:  плохая зарплата американского журналиста 35 тыс в год - минус треть налогов и курс к рублю 31 – это 60, 5 тыс руб в месяц. Хорошая – в 2 раза больше. Прямо, как в «Большом городе. Ну, минус 13% российских налогов.
«Цена вопроса» об увольнении сотрудников  по редактору сайта «БГ»  Екатерине Кронгауз – зарплата за 4 месяца – предупредить надо за 2 месяца об увольнении и выплатить выходное пособие в размере 2 окладов. То есть примерно 32 млн руб. Или примерно по полмиллиона рубликов каждому сотруднику. Это вполне по закону кстати.
Трудно удивляться тому, что владелец убыточной команды Александр Винокуров предложил подарить журнал редакции с компьютерами, сайтом, торговой маркой. Дешевле выйдет.

«Любимым ли делом занимаются журналисты «Большого города»?

Ответ на вопрос Топорова непрост, конечно.
 Но есть и некоторые наметки:

Александр Винокуров: «Они все сидят сейчас вместе, в одном здании: и «Дождь», и «Слон» и «БГ». И очень заметно, насколько люди из «БГ» от остальных отличаются. Видно же, кто с каким настроением приходит, кто как работает, кто засиживается на работе, кто нет»...

— А такие вещи, как признание медийного сообщества, известность, награды, которые получают издание и его авторы, для вас имеют значение? Вот вы радовались, когда «БГ» получал какие-то премии?
— Конечно, имеют. Это творческий успех. Это здорово, когда не только читают, но и награждают, хорошо, когда параллельно с интересом читателей есть награды и уважение коллег. Хотя ключевыми параметрами оценки работы журналиста для меня остаются количество читателей, резонанс, который получают его тексты, их цитируемость. Премии и призы — все-таки во вторую очередь. И вот что касается премий — не помню, чтобы они меня приглашали и как-то ставили в известность, когда их получали.

Екатерина Кронгауз:
— Многие это расценили как жест доброй воли со стороны собственника (разные варианты решения), шаг навстречу.
— Мне кажется, это было скорее желание переложить на нас ответственность за решение. Поэтому мы отказались это обсуждать. Управленческие решения принимают управленцы. Редакция не увольняет себя сама. Мы не занимаемся самобичеванием. Мы наемные работники, профессионалы, нанятые делать конкретное дело. У нас с Сашей были отношения, оформленные трудовым договором. И расставаться мы должны в соответствии с законом. И если в случае со мной он может апеллировать к чувствам и говорить про общее дело, веру и ответственность, то при чем тут, например, увольняемый программист?
Это мы ему и сказали на следующей встрече. Перед ней я посоветовалась с юристами и спросила своих сотрудников, на какие условия они готовы. Каждый назвал какие-то свои условия, но все — меньше, чем полагалось бы им по закону. Но Саша почему-то вопрос о компенсации воспринимает как обиду, нарушение дружеских отношений. Однако у нас с ним отношения не дружеские, они у нас строятся (и юридически оформлены) как отношения нанимателя и работников. Он в ответ начал говорить, что мы делаем плохое издание, которое невозможно продать, он теряет на этом деньги и не понимает, почему мы не хотим войти в его положение и по-дружески расстаться.



Чего-то мне анекдот вспомнился.

"Господь Бог выходит из кабинета Березовского, растерянно скребя в затылке и бормоча: "Ну почему же я - всего лишь вице-президент?".