April 6th, 2015

Договоры "Элиты-1" и "Элиты-2"

Тонкости существования советской идеологической системы, с виду тоталитарной, но знающей многочисленные исключения, даже целую систему исключений (Дм. Быков назвал это щелястостью Города Глупова, но, как всегда, невпопад и неточно: ибо пишет он намного быстрей, чем думает, и щелястость - это, скорей, его личное ощущение  таракана в  литературе).

Можно было бы, на самом деле, говорить о двух элитах и о неком способе их общения, которое со временем привело к развалу системы.

Ст. Куняев рассказывает:


“Однажды в конце 70-х годов, разговаривая с умным и достаточно ироничным Сергеем Наровчатовым, я спросил его: "Почему наша идеологическая система, всячески заигрывая до определенного предела с деятелями культуры “западной ориентации”, снимая их недовольство всяческими льготами, зарубежными поездками, тиражами, госпремиями, дачами, внеплановыми изданиями, — почему одновременно она как к чужим относится к людям патриотического склада?" (…) Сергей Наровчатов посмотрел на меня мутными, когда-то голубыми глазами и без раздумья образно сформулировал суть идеологического парадокса: "К национально-патриотическому или национально-государственному направлению власть относится как к верной жене: на нее и наорать можно, и не разговаривать с ней, и побить, коль под горячую руку подвернется: ей деваться некуда, куда она уйдет? Все равно в доме останется… Тут власть ничем не рискует! А вот с интеллигенцией западной ориентации, да которая еще со связями прочными за кордоном, надо вести себя деликатно. Она как молодая любовница: за ней ухаживать надо! А обидишь или наорешь — так не уследишь, как к другому в постель ляжет! Вот где, дорогой Станислав, собака зарыта!"”

Или вот Аксёнов описывает свое столкновение с Кукитой Кусеевичем  (то есть Хрущёвым) - хорошая иллюстрация к вышесказанному, да с раскладами на правых и левых, на ГБ и внутреннюю прессу, на людей и колорадских жуков:



"Пантелей, водрузившийся на трибуне, являл собой зрелище не самое выдающееся. Трибуну под ним швыряло, словно бочку на фок-мачте, и земли на горизонте не предвиделось. Однако мозг его не дремал, а, напротив, бешено петлял в собственных лабиринтах, выискивая лазейку. Вдруг показалось Пантелею, что где-то скрипнула дверь, мелькнула узенькая полоска света, и он зашевелил языком перед потной мембраной микрофона. Он говорил, словно запихивал в мясорубку дурно пахнущее мясо, и оно вылезало наружу белесыми веревочками подозрительного фарша.
– … дорогие товарищи дорогой кукита кусеевич с этой высокой трибуны я хочу критика прозвучавшая в мой адрес справедливая критика народа заставляет думать об ответственности перед народом перед вами мадам прошу прощения оговорка истинно прекрасные образы современников и величие наших будней среди происков империалистической агентуры дорогие товарищи как и мой великий учитель маяковский который по словам незабвенного Иосифа Виссарионовича был и является я не коммунист но…
Мощный рык Главы ворвался в дыхательную паузу Пантелея:
– И вы этим гордитесь, Пантелей? Гордитесь тем, что вы не коммунист? Видали гуся – он не коммунист! А я вот коммунист и горжусь этим, потому что я сын своего класса и никогда от папаши не откажусь! (Бурные продолжительные аплодисменты, крики «Да здравствует дорогой Кукита Кусе-евич!», «Слава ведущему классу!», «Позор Пантелею!», «Позор палачу португальского народа Салазару!») Распустились, понимаете ли! Пишут черт-те что! Рисуют сплошную жопу! Снимают дрисню из помойной ямы! Радио включишь – шумовая музыка-джаст! На именины придешь – ни выпить, ни закусить, сплошное ехидство! Мы вам здесь клуб Петефи устроить не дадим! Здесь вам не Венгрия! По рукам получите, господин Пантелей! Паспорт отберем и под жопу коленкой! К тем, кто вас кормит! В Бонн! (Бурное одобрительное оживление в зале, возгласы «за границу Пантелея!», «всех их за границу!», «психи, шизоиды, за границу их, в Анадырь!».)
Пантелей (на грани обморока, морозным шепотом): Кукита Кусеевич, разрешите мне спеть!
– Книжку недавно одну взял, – тихо продолжал Глава, набирая силы для нового взлета. – Тошнить стало, товарищи. Не в коня пошел корм, товарищи (смех, аплодисменты). Ни пейзажа, товарищи, ни стройной фабулы, ни одного рабочего даже на уровне райкома нету. Ни зима, ни лето, товарищи, а попадье кочерга в одно место! (Долгий несмолкающий смех, переходящий в слезы.) Да в другие времена за такую-П книжку! Семь шкур! С сочинителя! С жены-П! С детей! Сняли-П! – Теперь голос Главы звенел в самых верхних регистрах и вдруг, погашенный хитроватой улыбочкой, слетел вниз. – Я имею в виду, товарищи, времена неистового Виссариона, нашего великана Белинского, а не что-нибудь еще. (Бурныедолгонесмолкающиепереходящиевтопот, одинокий возглас с армянским акцентом «хватит демократии, пора наказывать!», добродушный смех – ох, мол, эти кавказцы.) Вот так, господин Пантелей! История беспощадна к ублюдкам и ренегатам всех мастей, а особенно одной, которую все знают!
Пантелей (из пучин обморока): Разрешите мне спеть, дорогие товарищи!
Крики из зала: Не давать ему петь!
На виселице попоешь! За границей!
Знаем мы эти песни!
Глава поднял вверх железные шахтерские кулаки. Сверкнули на нейлоновых рукавах бриллиантовые запонки, подаренные народом Камбоджи.
– Всех подтявкивателей и подзуживателей, всех колорадских жуков и жужелиц иностранной прессы мы сотрем в порошок! Пойте, Пантелей!
Незадачливый ревизионист растерялся от неожиданной милости. Он взялся обеими руками за трибуну, набрал в грудь воздуха, собираясь грянуть «Песню о тревожной молодости» или «Марш бригад коммунистического труда», как вдруг рот его открылся сам по себе и медовым баритоном завел совершенно не относящуюся к делу «Песню варяжского гостя».
Большего позора и ждать было нельзя. Пантелей потерял сознание, но и без сознания продолжал упорно петь:
– …велик их Один-бог, угрюмо море…
Глава слушал, закрыв лицо рукой. Зал затаился в злорадном ожидании. Старший сержант гардеробной службы Грибочуев уже готовил реплику «с чужого голоса поете, мистер». Ария кончилась.
– Поете, между прочим, неплохо, – хмуро проговорил Глава.
Пантелей вздрогнул и пришел в себя, оглянулся и увидел, как из-за пальцев поблескивает клюквенный глазик Главы. Ему показалось, что Глава подмигивает ему, будто приглашает выпить.
– Поете недурно, Пантелей. Можете осваивать наследие классиков. Лучше пойте, чем бумагу марать.
Глава встал, оглядел зал, увидел среди неопределенно моргающих деятелей культуры напряженные лица экзекуторов и зло подумал: «Ждут псы. Так и моего мяса когда-то ждали, когда рыжий таракан заставлял казачка плясать. Ждите, ждите, авось дождетесь залупу конскую».
Он начал откашливаться и кехать, и кашель этот и кеханье, прошлой осенью во время Карибского кризиса державшие в отвратительной потной тревоге весь цивилизованный мир, теперь держали в напряжении этот зал, «левых» и «правых», боссов пропаганды и агитации, сотрудников безопасности и внутренней прессы.
Один лишь Пантелей как будто бы ничего и не ждал. Он держался обеими руками за ладью свою, государственную трибуну, и плыл и плыл по волнам истории, а куда – «не нашего ума дело».
– Будете петь с нами, Пантелей, разовьете свой талант, – проскрипел наконец Глава. – Запоете с ними, загубите талант, в порошок сотрем. С кем хотите петь?
С моим народом, с партией, с вами, Кукита Кусеевич! – спел Пантелей теперь уже нежнейшим лирическим тенором, но, как заметили «правые», без искреннего чувства, а даже с лукавством, с определенным шельмовством".

Или вот критик подмечает об Аксёнове":  "
Эротические игры с властью — распространенный его мотив — вспомним известный рассказ 1968 года “Рандеву”. Квинтэссенция всех сразу “шестидесятников” — славный Лёва Малахитов, кумир поколения, прибывает на свидание с некоей бронированной дамой, чтобы отвергнуть ее любовные притязания. Дескать, не раз высказывался уважительно, признаю некоторые ваши прелести, но — не поцелую!" http://magazines.russ.ru/druzhba/2012/9/k19.html

Чем была Элита-2, как возникла?

"сам Аксёнов в “Таинственной страсти” (с подзаголовком “роман о шестидесятниках”) остроумно обозначил в качестве общего знаменателя — тусовочный принцип. По сути, он говорит об одной литературно-застольной компании с чадами и домочадцами, первые пять-шесть имен всплывают сразу, это ближний круг, затем круги расходящиеся — Окуджава, Высоцкий, физики Дубны, художники Манежа, собутыльники Коктебеля…"

Основа разделения проста - невозможно построить гомогенную непротиворечивую систему, даже в Древнем Египте этого не получалось. Коомунистическая идеология - и та говорила о противоречиях, связанных с местом в системе общественного разделения труда и доходов от него. Сталин, установив абсолютную власть, остро ощущал, что собственников этой власти вдруг стало более, чем достаточно. Что владеет не идеология, но собственники власти. Пытался кинуться в бой, да кишка была уже тонка.
В конце концов, раскололась и сама идеология, которая эту власть обосновывала.
Мир, вообще говоря, не сотворен одним началом, он гетерогенен. И, довольно скоро, две элиты оказались друг другу очень нужны.

"Элита-2" сегодня.



Евгений Лебедев


На Иносми хорошая иллюстрация того, как место в "Элите-2" занял отпрыск "Элиты-1"   и вообще это о вкусах воров.

"Передо мной стоит очень модный и элегантный 34-летний мужчина — ухоженная и невероятно густая борода, компактная точеная фигура, безупречно сочетающиеся черно-серые тона. Стильный и красивый, чем явно гордится. «Стад-хаус назвали в мою честь», — шутит он, потягивая мне руку (stud — жеребец; красивый молодой мужчина, — прим. перев.).

Самый молодой газетный магнат в Британии прекрасно овладел британским искусством иронии".

"Лебедев раньше был более известен как сын Александра Лебедева — бывшего сотрудника КГБ, который занялся бизнесом и стал миллиардером. И еще кругом своего общения — он дружит с одним из создателей журнала Dazed & Confused Джефферсоном Хэком (Jefferson Hack), стал крестным отцом старшего сына Элтона Джона Захари. Британские таблоиды также приписывали ему романтические отношения со многими женщинами".



"Но все-таки, ни одна из его газет особых доходов не приносит, говорю я Лебедеву. Он улыбается: «Если хотите знать, мой самый прибыльный бизнес — это паб».

Он имеет в виду The Grapes — старомодную английскую пивную в Лаймхаусе, что в восточной части Лондона, которую он держит вместе с актером Иэном Маккелленом (Ian McKellen) и режиссером Шоном Матиасом (Sean Mathias). У этого паба богатая история. Сюда любил заходить Чарльз Диккенс, который в своем романе 1865 года «Наш общий друг» называл эту пивную «таверной с опухшим лицом». А совсем недавно Лебедев организовал здесь встречу Дэвида Кэмерона (David Cameron) и Стивена Фрая (Stephen Fry), которые обсудили права гомосексуалистов в России накануне зимних олимпийских игр".

"Лебедев заметно оживляется, когда говорит о своей художественной коллекции, и, видимо, получает удовольствие, когда намеренно создает из произведений приводящие в замешательство затейливые сочетания. Можно практически не заметить масштабные ремонтные работы — настолько богата его коллекция смелыми, оригинальными и провокационными картинами, в том числе и работами «молодых британских художников» (YBA)....над его столом висит «Женщина с добрыми глазами» (“The Lady With the Kind Eyes”) братьев Чепмен (Chapman) — написанный маслом обезображенный портрет женщины викторианской эпохи, глаза которой закрашены черной краской.

Вдобавок к неотступно преследующему чувству неловкости, испытываемому в этом крыле, коридоры в других частях дома украшены сотнями эротических комиксов (которые Лебедев называет «французской версией неких репродукций Хогарта») к роману Маркиза де Сада «120 дней Содома» 1775 года.".\



"Лутшие люди" России отмечают в Лондоне день рождения Михаила Сергеевича

"Лебедев прожил в Лондоне три четверти своей жизни, и теперь у него британское гражданство. Вырос он в Москве — в двух шагах от Кремля, но уже больше не чувствует связи с этим городом. «Там все завязано на власти и деньгах. Для меня самый лучший город на земле — это Лондон. Но мне кажется, что у меня есть преимущество, поскольку мой характер формировался на стыке двух культур. Когда я вижу, как говорят русский с англичанином, я чувствую, что они друг друга не понимают».

Он соглашается, что Россия «не совсем на грани развала, но она точно на перепутье. Станут ли события прошлого года сигналом для людей, которые сейчас способны понять, что пришло время перемен, или они и дальше будут закручивать гайки и еще больше изолировать страну — пока предсказать невозможно. Если страна будет и дальше двигаться в прежнем направлении, то нас ждут ужасные времена. Но я не исключаю, что сегодняшняя правящая элита пока еще в состоянии постепенно реформировать демократические институты».

Значит, он верит, что Владимир Путин может изменить положение к лучшему? «Я — оптимист. Мне хотелось бы так думать. Но я не зацикливаюсь на этом, — говорит он. — Я привязан к России, но мне очень хорошо живется в Англии».


Женя и принц.

Джон Саниер (John Sunyer) Евгений Лебедев — самый молодой медиа-магнат Британии
("The Financial Times", Великобритания)

Британский "Талант" охраняет латышские шпроты

Каспаров.ру смешно подает материал:



Британская подлодка столкнулась со льдиной в ходе слежки за российскими кораблями

update: 05-04-2015 (13:08)

Британская атомная подводная лодка получила повреждения на сумму в 745 тысяч долларов в результате столкновения с дрейфующей льдиной в ходе выслеживания российских судов. Об этом 4 апреля сообщила газета Daily Mail.




Отмечается, что подводная лодка ВМС Великобритании HMS Talent вернулась в порт с огромной вмятиной и выведена из строя на несколько месяцев.



По данным издания, повреждение получила рубка субмарины в момент всплытия лодки на поверхность.




Добавим, что представители британского оборонного ведомства отказались раскрывать подробности инцидента, в том числе место и время, при этом утверждая, что подлодка столкнулась с "дрейфующей льдиной, а не российской субмариной".

Ранее сообщалось, что вблизи латвийской эксклюзивной экономической зоны были замечены две российские подводные лодки класса "Кило", а также гидрографическое судно.


Неужели, всплывая у Риги, "Талант" ипанулся об айсберг?

50 лет назад


1965 Новый Генсек ЦК КПСС пляшет.

Крутицкий вал. Старая застройка
1965,
,
, Источник:Музей Транспорта г.Москвы



Николай Рахманов. 1965 год. Наводнение в Москве

Омск, горка у кинотеатра "Победа".


Валерий Золотухин, Вениамин Смехов, Нина Шацкая, ... и Владимир Высоцкий в московской квартире. Фото Анатолия Сергеевича Гаранина, 1965 год


Валерий Генде-Роте. 1965. Софи Лорен



После матча со сборной Бразилии в Лужниках 4 июля 1965 г. - 102 000 зрителей
Слева направо: Георгий Сичинава, Слава Метревели, в центре Пеле, за ним вратарь Анзор Кавазашвили и справа Михаил Месхи.



Первый шаг в рок музыку - группа «Сокол» сочинила и исполнила первую песню на русском языке – «Где тот край?».
Юрий Ермаков и Игорь Гончарук в Пицунде


1965 У роддома им. Грауэрмана в Москве.



1965. Встреча космонавтов Леонова и Беляева в аэропорту Внуково


1965 Дети лесника.