aldanov (aldanov) wrote,
aldanov
aldanov

Category:

Почему Россия не Западная Европа? Часть 3

Что может показать рост российских городов.

Городское население даже в 13-15 веках составляло едва 10% западноевропейской популяции (несколько больше оно было в торговой Италии). При этом главную его часть составляли купцы и ремесленники.  Хоть «городской воздух и делал свободным», но по городскому статусу полноценным горожанином считался лишь тот, кто имел в нем собственность – жилье, и платил городские налоги. В городе, куда не посмотри,  – жесткие экономические связи и ограничения. Для России, отстающей от Запада, возможности роста городов за счет избыточного продукта сельского хозяйства были меньше. Росли российские города, впрочем, также торговлей. Торговыми городами очень богатыми и во многом подобным западным городам по развитости цеховой структуры и городской демократии были Великий Новгород и Псков. Основой их роста были пушнина, мед, воск, поташ, рыба. То есть не аграрные продукты. Наоборот, этим городам зерно приходилось покупать у Москвы.

Очень богат был Киев времен Киевской Руси – но, увы, его богатство было создано, в основном, работорговлей. Как торговый город выросла Москва – многие иностранные путешественники 16-17 веков с уважением пишут о размахе ее рынков и хваткости ее купцов. После взятия в 16 веке Казани и Астрахани возник торговый путь в Персию, преимуществом которого пользовалась растущая Россия, а Москва и некоторые ее соседи вроде Дмитрова в особенности. Так же подействовало освоение Сибири, резко подняв московскую  торговлю мехами.

Для строительства городов необходим камень – именно он был одним из главных товаров средневековой Европы. Но в России он  был куда менее доступен, чем в Западной Европе. Потому русский город составляли в основном относительно быстро изнашивающиеся и выгорающие деревянные строения – Новгород и Псков, где камень был доступен, были исключениями. Горы, которыми так богата Европа, к тому же и источник руд, которые стали добываться там намного раньше, чем в России.

Однако вернемся к конкуренции России с Европой. Она становилась возможной тогда, когда русское государство увеличивало долю изъятого продукта и вместе с тем резко понижало возможности свободомыслия и вообще нормальной жизни по формуле Ключевского «Государство пухло, а народ хирел».  Возьмем хотя бы тот же рост городов. На рис. 3 представлено возникновение   поселений - предшественников будущих российских городов. Это, фактически, графическое изображение процессов колонизации территории страны, требовавших средств. Более важны, конечно,  те города, которые в будущем наберут наибольшее население, на рис 2 – по второй оси.

 

 

Рис. 3. Основание поселений-предшественников будущих российских городов и их современное население (2000 год).

 

Совершенно не случайно наиболее заметные пики на этой диаграмме относятся к периодам, которые связаны с правлением наиболее суровых и крутых правителей, беспощадно обиравших подданных для строительства государства. Посмотрим – середина 12 века связана с правлением Андрея Боголюбского, строившего Владимир и для этой цели ограбившего не только Камскую Булгарию, но и Киев, и многие другие города.

Пик второй половины 15 века связан с деятельностью Ивана III, создателя Российского государства. Ему принадлежит весьма сомнительная честь ограбления Великого Новгорода[1]. Вторая половина 16 века – это деятельность Ивана IV Грозного, а также Бориса Годунова, правившего как от имени Федора Иоанновича, так и своего. Иван Грозный, конечно, также известен самым суровым отъемом средств – именно он брал собственные города Великий Новгород, Тверь, Торжок, будто вражеские. Однако все же он открыл путь на юг по Волге, который активно осваивал уже Годунов, также известный крутым характером. Зато поволжское ополчение спасло государство позже, в Смутное время.

И Петр I, при котором налоги увеличились во много раз, тоже удостоился пика на графике. И его деятельность сопровождалась переплавкой колоколов на пушки и массовым обнищанием народа. Не зря Сталин видел в Грозном и Петре своих предшественников – прошедшая в 20 веке основная часть индустриализации страны (самый большой пик) тоже была периодов крайне жесткой эксплуатации граждан современной страны, своеобразным возвратом в 16 и 18 века.

Думается, смысл таких явлений читателю теперь понятен – надо видеть, что стране постоянно приходилось бороться за выживание в конкуренции с природой и другими народами. Одним способом боролись подданные, другим – монархи. Благосостояние и свобода граждан препятствовали планам деспотических реформаторов. Историку же приходится помнить о климате, как историческом факторе, не пытаясь заменить его неудачными соседями или ошибками выбора пути, для чего не считать наших предков ленивыми или глупыми, а входить в их проблемы и понимать их.

Вот и в относительно недавно появившейся книге А. Янова «Тень Грозного царя» автор пускается на сомнительное противопоставление Ивана III, якобы носителя европейского начала, и Ивана IV, совершившего, по мнению Янова, самодержавный переворот, намеченный церковным реакционером Иосифом Волоцким.

Если начать сравнивать внука и деда, то в основных чертах вы не найдете отличий. Оба были люди весьма умные, расчетливые, государственные, оба жестоки, оба по необходимости грабители. Грозный был более удачливым торговцем. Деньги оба брали в одних и тех же местах – всюду, где они были. Более того, отнимая у церкви имущество, Иван Грозный, «самодержавный революционер» по Янову, грозил своей церкви созвать парламент по английскому образцу. Этот якобы реакционный наследник иосифлян, чтоб решить дело в  свою пользу, пугал церковников еще и сменой церкви - не то введением католичества, не то протестантизма. Но не сменил, а только затравил несколько монахов Троицкого монастыря медведями, и церковники сдались. Были б тверды – до чего б мы дожили, интересно? До парламента наперекор врагам Ивана?

 Заметим, однако, что именно 1560 год, до которого даже А. Янов деятельность Грозного считает вполне приемлемой, изменил  поведение царя. Почему – догадаться нетрудно по предыдущему рассказу о резком похолодании того времени. После этого рокового рубежа настало сильное обнищание крестьян. Доходы казны не могли не упасть, платить соратникам стало нечем, они заворчали. И именно тут Грозный пустился во все тяжкие – казни сподвижников, опричнину, грабеж. Иных ресурсов для проведения сильной политики у него просто не оставалось. Вот и все различия двух монархов. Самодержавную революцию, по сути, совершил климат. 

А. Янов в своей книге спорил также с наличием евразийского фактора в истории России. Конечно, когда он предстает в образе давних  кочевников, передавших русским некие неправильные привычки, от которых они не смогли отказаться и за 1000 лет, как у А. Сванидзе, спорить есть с чем. Но когда этот фактор – климат, то возражать против такого евразийства не приходится, а, скорее, надо удивиться величию русского народа, не потерявшегося в истории, несмотря на отрицательный климатический гандикап, а выжившего и создавшего великую державу. Что касается «плодов Средневековья», которые так славят некоторые авторы, то многим из них, увы, суровый климат вызреть так и не дал.  Но что делать, надо в этом случае хотя бы понять, почему.



[1] Детали великокняжеского суда в 1475-1476 гг. Городище (Новгород) в изложении Н. Костомарова: «Великий князь был неумолим: шестерых взятых под стражу приказал отправить в Москву, а оттуда на заточение в Муром и Коломну; прочих же обвиненных этим судом отдал на поруки, наложивши на них в уплату истцам и себе за их вину большую сумму в полторы тысячи рублей. Затем Иван Васильевич пировал у новгородцев, и эти пирушки тяжело ложились на их карманы: не только те, которые устраивали пиры для великого князя, дарили его деньгами, вином, сукнами, лошадьми, серебряною и золотою посудою, рыбьим зубом; даже те, которые не угощали его пирами, приходили на княжеский двор с подарками, так что из купцов и житых людей не осталось никого, кто бы тогда не принес великому князю от себя даров. По возвращении Ивана Васильевича в Москву, в конце марта 1476 года, приехал к нему новгородский архиепископ с посадниками и жилыми людьми бить челом, чтоб он отпустил задержанных новгородцев. Иван Васильевич взял от них дары, но не отпустил взятых в неволю новгородцев, о которых они просили».

Заметим, Успенский собор ставился как раз в это время – так что вот куда могли пойти деньги и дары.

А вот 1471 и 1478 годы. Путешественник начала XVI века Герберштейн: «Этот Иоанн Васильевич был так счастлив, что победил новгородцев в битве у реки Шелони; он принудил побежденных принять некоторые условия и признать его своим господином и князем, взял с них большие деньги и потом удалился, поставив там своего наместника. По истечении семи лет он снова воротился туда, вошел в город при помощи архиепископа Феофила, обратил жителей в самое жалкое рабство, отнял серебро и золото и наконец все имущество граждан и увез оттуда более трехсот хорошо нагруженных телег.

1479 год. Очередное возмущение в Новгороде. Иван захватывает казну архиепископа и казнит 150 человек.

Tags: Климат, Русская история, Экономика и история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments