aldanov (aldanov) wrote,
aldanov
aldanov

Category:

Пьянство Петра I.

 Пьянство нашего монарха – вещь хорошо известная. Другое дело, что ему пытаются  придавать черты  чего-то великого. Петр Великий – и пьянство Великое. 
Что верно, в общем-то.
Пьяница был большого размаха и организатор спаивания большого числа людей крупнейший и неподражаемый. Непьющих очень не любил. Царским делом считал всех перевоспитать и пить приучить.
 
Хотя последствия царского пьянства  были более или менее стандартны, как в древнерусском тексте о пьянстве: «Аз есмь силен более всех плодов земных... Ноги мои тонки, утроба не обжорлива, руки же мои держат всю землю, а главу имею высокоумну, никто мне умом не равен. А кто со мной подружится и ко мне привыкнет, того перво-наперво сделаю блудником, а к Богу не молебником, а в ночи не сонливым, а на молитву не встанливым. Ляжет спать — ему стенание и печаль на сердце, встанет с похмелья — голова болит, глаза на белый свет не глядят, ничто доброе на ум нейдет, и есть он не желает, горит от жажды душа его — еще выпить хочется».
 
Все так, все верно.
 
Петр начал пить достаточно рано, пил много и часто, пьяным бывал нехорош и агрессивен, стал алкоголиком и помер от застарелой болезни почек – и алкоголизма, конечно же. Чем больше пил, тем больше хотелось. Вначале отмечал святки, пасху, тезоименитства, любил ходить на свадьбы и поминки, освящать новые строения и просто «отдыхать». Потом отмечал спуск на воду кораблей, годовщины своих викторий. Поводы иногда были ничтожны, но пилось много. Петр втягивал в пьянство все большее число людей и вообще изображал его чем-то обязательным, европейским способом досуга (в чем был прав, в Европе пили много).
 
Да, еще Петр любил спаивать женщин. Был весьма блудлив. В связях неразборчив. Болел сифилисом. В общем – прямо-таки герой!
 
Приложение -  Пьянство Петра - хронологические отметки.
 
1692 Князь Борис Куракин:  «И в то время названной Франц Яковлевич Лефорт пришел в крайнюю милость и конфиденцию интриг амурных. Помянутой Лефорт был человек забавной и роскошной или назвать дебошан французской. И непрестанно давал у себя в доме обеды, супе и балы. … Тут-же в доме (Лефорта) началось дебошство, пьянство так великое, что невозможно описать, что по три дня запершись в том доме бывали пьяны, и что многим случалось оттого умирать. И от того времени и по сие число и доныне (1727 г.?) пьянство продолжается, и между великими домами в моду пришло. Помянутой-же Лефорт с того времени пришел до такого градусу, что учинен был генералом от инфантерии, и потом адмиралом, и от пьянства скончался <…> Все в слободе офицеры знатные из иноземцов и торговые, так и (на) Поганом пруде не могли единой свадьбы учинить, чтоб его величество не звать и при нем знатных персон на свадьбы. И особливые банкеты чинили, и балы, и супе давали, также и ко многим на погребение зывали, где его царское величество присутствовал со всеми своими дворовыми, по чину их, в епанчах черных».
 
Начало 1690-ых Всешутейший и всепьянейший собор. Куракин: «Топерь не надобно сего забыть и описать коим образом потешной был патриарх учинен, и митрополиты, и другие чины духовные из придворных знатных персон, которыя кругом его величества были, более ко уничтожению оных чинов, а именно: был названной Матвей Филимонович Нарышкин окольничей, муж глупой, старой и пьяной, которой назван был патриархом; а архиереями названы были от разных провинций из бояр некоторые и протчие другие чины и дьяконы из спальников. И одеяние было поделано некоторым образом шутошное, а не так власное, как на приклад патриарху: митра была жестяная, на форму митр епископов католицких, и на ней написан был Бахус на бочьке, также по одеянию партии игрышные нашиты были; также вместо панагеи фляги глинины надеваны были с колокольчиками. А вместо Евангелия была сделана книга, в которой несколько стклянок с водкою. И все состояло там в церемониях празднество Бахусово…     Также и постановление тем патриархам шутошным и архиереям бывало в городе помянутом Плешпурхе, где была сложена вся церемония в терминах таких, о которых запотребно находим не распространять, но кратко скажем к пьянству, и к блуду, и всяким дебошам.Оной-же патриарх с Рождества Христова и во всю зиму до масляницы продолжал славление по всем знатным дворам на Москве, и в слободе, и у знатных купцов с воспением обыкновенным церковным, в которых домех приуготовливали столы полные с кушанием, и где прилучится обедали все, а в других ужиновали, а во оных токмо пивали. И продолжалось каждой день до полуночи и разъезжались всегда веселы. Сие славление многим было безчастное и к наказанию от шуток не малому: многие от дураков были биваны, облиты и обруганы. Главнейшей соборной заповедью, зафиксированной в первых строках Устава, было – «напиваться каждодневно и не ложиться спать трезвыми».1690-ые Празднование святок и иных праздников. Куракин: «         Старой обычай есть в народе российском, что пред праздником Рождества Христова и после играют святки, то-есть в дом друзья между собою сбираются в вечеру и из подлых людей сами одеваются в платье машкараты. А у знатных людей люди их играют всякия гистории смешныя. И по тому обыкновенно царское величество при дворе своем также играл святки (с) своими комнатными людьми, и одного избрали за главу и установителя той потехи Василья Соковнина, котораго назвали пророком. Сей муж был злой и всяких пакостей наполнен И в тех святках, что происходило, то великою книгою не описать, и напишем, что знатнаго. А именно: от того начала ругательство началось знатным персонам и великим домом, а особливо княжеским домом многих и старых бояр: людей толстых протаскивали сквозь стула, где невозможно статься; на многих платье дирали и оставляли нагишем; иных гузном яицы на лохани разбивали; иным свечи в проход забивали; иным на лед гузном сажали; иных в проход мехом надували, отчего един Мясной¹), думной дворянин, умер. Иным многия другия ругательства чинили. И сия потеха святков так происходила трудная, что многие к тем дням приуготовливалися, как-бы к смерти. И сие продолжалося до езды заморской в Голандию.
 
1696 Лефорт пишет в Воронеж: «Сего числа князь Борис Алексеевич у меня будет кушать и про ваше здоровье станем пить; а с Москвы мой первый наслег (ночлег) будет в Дубровицах, и там мы вашу милость не забудем. Что я, что у вашей милости пива доброва нет на Воронеже: я к милости твоей привезу с собою и мушкатель-вейн и пива доброва».
 
1697 Казимир Валишевский о Петре: «В Либаве он увидал в первый раз Балтийское море, море варягов, и, не имея возможности, благодаря дурной погоде, продолжать свой путь, проводил время в винных погребках в обществе портовых матросов, чокаясь и болтая с ними, упорно выдавая себя на этот раз за простого капитана, на которого возложено поручение вооружить капер для царской службы.
 
1697 Бранденбург. Петр встретился с курфюрстом, беседовал с ним на плохом немецком языке, усиленно пил венгерское вино, но отказывался от (официального) посещения курфюрста.
1697  Петр в Голландии «… в переписке государя с его сотрудниками происходили задержки; иногда Петр медлил с ответом, но тотчас в этом извинялся, не без смущения, почти пристыженно; «в том вина Хмельницкого»
1698 весна. Пребывание в Англии. Маркиз Кермартен, ставший приятелем Петра, говорит, что  обычной утренней порцией Петра была пинта (0,55 л) бренди и бутылка шерри. По свидетельству епископа Солсберри Джилберта Бернета, Петр даже в Англии собственноручно гнал и очищал водку (именно ее английский епископ называл   «бренди»). Петр любил добавлять в свой бренди перец и усиленно пропагандировал свое изобретение среди английских знакомых. Известна история, во что превратился дом, в котором проживал Петр с компанией – компенсация  последствий бесконечных оргий была оценена в 5000 тогдашних рублей.
1698 Встреча Петра с королем Польши Августом II  в Раве. 4 дня кутежей. Во время  пьянки было решено заключить союз против Швеции.
1698 Пьянство во времена пыток и казней стрельцов  - свидетельства Иоганна Георга Корба29-го сентября (9-го октября).
Царь воспринимал при крещении первого сына датского посланника   Заметив, что фаворит его Алексашка (Меньшиков) во время танцев был опоясан шпагой, царь пощечиной вразумил его, что при этом обыкновенно снимают шпагу; о силе удара свидетельствовала кровь, сильно потекшая у него из носа. ¨
4-го (14-го) октября. Франц Яковлевич Лефорт праздновал день своих именин и сделал великолепный пир, который почтил своим присутствием царь со многими боярами. Думный дьяк Емельян Игнатьевич Украинцев, не знаю за какую вину заслужил гнев царский, и заботясь о сомнительной своей безопасности, дошел до самых крайних мер унижения.  
8-го (18-го) октября. Царь обедал у генерала Лефорта.
9-го (19-го) октября. Полковник Чамберс устроил дорогой пир, на котором со многими другими был и царь; не знаю, какая буря нарушила веселье, только царь схватил Лефорта, ударил его об пол и топтал ногами. Кто ближе к огню, тот ближе к пожару.
16-го (26-го) октября. После десяти часов царь приехал в карете на пир, роскошно устроенныйПир отличался роскошными произведениями кухни и дорогими винами; тут было токайское, венгерское, красное, испанский ссект, рейнвейн, красное французское, отличное от мушкателя, разные меды, и разного рода пиво, и в добавок важнейший напиток у Москвитян — горилка. Боярин Головин имеет природное отвращение от салата и от уксуса; царь приказал полковнику Чамберсу как можно крепче держать Головина и насильно напихал ему и в рот, и в нос салату и уксусу, так что от сильного кашля пошла у него из носа кровь.
 
1701 февраль.   Встреча Петра с польским королем Августом в замке Бирже, близ Динабурга. «Оба союзника начали с возобновления развлечений Равы. Побитый днем как артиллерист, Петр одержал победу вечером; Август так сильно напился, что не представлялось никакой возможности разбудить его на следующий день и поднять на ноги, чтобы идти в церковь. Петр отправился один. Он набожно прослушал обедню – конечно, католическую, потому что действие происходило в Польше, – и со своей обычной любознательностью расспрашивал о подробностях службы. Потом, когда Август проспал свой хмель, оргия снова началась и длилась три дня».
1703  В феврале 1703 г.   в записке, адресованной Федору Апраксину: «Я как поехал от вас не знаю: понеже был зело удоволен Бахусовым даром; того для всех прошу, если какую кому нанес досаду, прошения, а паче от тех, которые при прощании были, и да не памятует всяк сей случай».
1703 Петр пишет Меньшикову   3 февраля 1703, сообщая об освящении крепости, выстроенной в недавно подаренном фавориту поместье, получавшим название Ораниенбурга, в Рязанской губернии.  «При освящении на бастионе номер первый служила водка, на номере втором – лимонад, на номере третьем рейнвейн, на номере четвертом – пиво, на номере пятом мед. Присутствующие, в числе двадцати человек, и среди них посланники прусский и польский, Кейзерлинг и Кёнигдек, английский купец Стиль и несколько знатных москвичей, подписали это письмо, заменяя свои имена шутливыми прозвищами, а Меншиков ответил в очень серьезном тоне, потому что шведы на носу и нельзя всегда только смеяться. Но вместе с тем он не забыл поблагодарить своего августейшего друга, удостоившего его чести напиться в его имении».
 
1705 Рассказ о путешествии в Петергоф, в котором принимал участие дипломатический корпус, в мае 1705 года: «9-го царь отправился в Кроншлот, куда мы последовали за ним в галере; но вдруг поднявшаяся буря заставила нас провести два дня и три ночи на этом открытом судне, без огня, без постелей и без провизии. Прибыв наконец в Петербург, мы угостились там по обыкновению, потому что нас заставляли пить столько токайского вина за обедом, что когда настала пора расходиться, мы едва были в состоянии держаться на ногах. Это не помешало царице поднести еще каждому из нас по стакану водки, приблизительно с кружку вместительностью, которую нам пришлось выпить. Это окончательно помутило наши рассудки, и мы предались сну, кто в саду, кто в лесу, кто, наконец, где попало на земле. В четыре часа пополудни нас разбудили и привели во дворец, где царь раздал каждому по топору с приказанием следовать за собой. Он привел нас в лес и пометил вдоль моря аллею шагов в сто, где следовало срубить деревья. Он первый принялся за работу, и хотя мы не привыкли к такому тяжелому труду, однако часа через три справились со своей задачей всемером, сколько нас было, за исключением его величества. Винные пары за это время уже успели в значительной степени улетучиться, и с нами не произошло никакого случая, только одного посла, работавшего со слишком большим усердием, задело при падении дерево и слегка ранило. Царь нас поблагодарил за исполненную нами работу, а вечером нас угостили по обыкновению и поднесли еще такую обильную порцию пития, что мы повалились совершенно без чувств. Мы не проспали и полутора часов, когда около полуночи пришел нас разбудить один из любимцев царя, чтобы отвести насильно к князю Черкасскому, спавшему с женой. Нам пришлось до четырех часов утра провести у их постели и все время пить вино и водку, так что под конец мы не знали, как добраться до дому. В восемь часов нас пригласили завтракать во дворец; но вместо кофе или чая, на который мы рассчитывали, нам подали по большому стакану водки, после чего отправили подышать свежим воздухом на высокий холм, у подножия которого мы нашли крестьянина с восемью несчастными клячами, без седел и стремян, стоившими все вместе не больше четырех талеров. Всякий сел на своего коня, и в таком комичном виде мы проехались перед их высочествами царевнами, любовавшимися в окно».
 
1705 Утром 11 июля 1705 г., посетив базильянский монастырь в Полоцке, Петр остановился перед статуей прославленного мученика ордена, блаженного Иосафата. Он изображен с топором, вонзившимся в череп. Царь спросил объяснения: «Кто замучил этого святого?» – «Схизматики». Этого слова достаточно было, чтобы вывести царя из себя. Он ударил шпагой отца Козиковского, настоятеля, и убил его; офицеры его свиты бросились на остальных монахов; трое также были заколоты насмерть; два других – серьезно раненные, – умерли через несколько дней; монастырь был отдан на разграбление; разоренная церковь служила кладовой для царских войск. Рассказ, немедленно посланный из Полоцка в Рим и оповещенный в униатских церквах, сообщал еще новые, ужасные и возмутительных подробности. Царь был изображен там призывающим свою английскую собаку, чтобы загрызть первую жертву; он якобы приказывал отрезать груди у женщин, не имевших за собой другой вины кроме несчастья, что присутствовали и при резне и были не в силах скрыть своего волнения. В этом была определенная доля преувеличения. Но факты, приведенные выше, удостоверены. В «Истории Шведской войны» в первоначальной редакции царского секретаря Макарова находилось следующее лаконическое сообщение: «30 июня (11 июля) был в униатской церкви в Полоцке и убил пять униатов, обозвавших наших генералов еретиками». Петр подтвердил признание, собственноручно вычеркнув его. И все сведения относительно происшествия тождественны в одном отношении: отправляясь в монастырь, Петр был пьян: он только что вернулся с ночной оргии.
 
1707 Казимир Валишевский: «В декабре 1707 г., когда Карл XII подготовлялся к решительному походу, – завоеванию сердца России, – оборона страны оставалась в беспомощном состоянии, потому что царь находился в Москве и там веселился. Меншиков слал ему курьера за курьером, убеждая прибыть в армию; он оставлял пакеты нераспечатанными и продолжал празднества.
 
1709 После окончания Полтавской битвы, вместо того, чтобы преследовать бежавшего неприятеля, Петр сел пить, позвав за стол соратников и плененных шведских генералов. Петр произнес тогда тост: «Я пью за здоровье своих учителей, которые меня воевать научили».   Валишевский «… целые сутки были потеряны Меншиковым перед преследованием, которое, последуй оно тот же час за поражением шведов, неминуемо отдало бы в руки русских Карла с остатками побежденной армии.
 
1709-1711 …Из воспоминаний Юста Юля, морского офицера и дипломата, датского посланника при дворе Петра Великого: «Царь не желал пользоваться титулом Величества, когда находился на судне и требовал, чтобы его в это время называли «г-н Шаутбенахт» (младший адмиральский чин). Однажды я оговорился, и царский ключник тут же поднес мне большой стакан водки. Пользуясь его медлительностью, я убежал на переднюю часть судна, затем взбежал на фокванты, где и уселся на месте их скрепления с путсельвантами. Когда об этом доложили царю, Его Величество полез за мной сам на фокванты, держа в зубах стакан, от которого я только что спасся, уселся рядом со мной, и там, где я рассчитывал найти полную безопасность, мне пришлось выпить не только этот стакан, но еще и 4 других стакана. После этого я так захмелел, что мог спуститься вниз лишь с величайшей опасностью…».
Примерно в то же время – создан  «Великобританский славный монастырь» (члены — в основном иностранцы), нечто вроде филиала «Всешутейшего и всепьянейшего собора» - для иностранцев. Петр назначил себя протодьяконом. В уставе монастыря в главе о наказаниях  значились устроение обеда по «Бахусову закону», а для нижних чинов — шутовская порка: «Разболокши из платья, в одной сорочке повалить его брюхом на стул и, кому прикажет президент, ударять ево рукою по гузну».
 
1711 Трагедией завершились пиры, ознаменованные свадьбой Царевны Анны Иоанновны с герцогом Курляндским Фридрихом Вильгельмом, Августейшим племянником короля Прусского: “…брачная жизнь Анны Иоанновны продолжалась с небольшим два месяца. В январе 1711 года она отправилась вместе с мужем в Митаву, но 9 числа, в сорока верстах от Петербурга...молодой герцог скончался. На основании некоторых известий, он умер от непомерного потребления крепких напитков, которыми так заботливо угощал его сам Петр и все петербургские сановники”  
В Дрездене в 1711 г. в гостинице «Goldener Ring»   излюбленное местопребывание Петра было в лакейской; он завтракал и пил с прислугой на дворе. При отъезде пытался увезти занавеси.
 
1715 генерал-фельдмаршал граф Борис Петрович Шереметев пишет Петру, как они праздновали рождение его сына Петра Петровича в рапорте от 27 ноября – зная, что царь с удовольствием будет это читать:   
«И умысля над нами Ивашко Хмельницкий, незнамо откуду прибыв, учал нас бить и по земле волочить, что друг друга не свидели.И сперва напал на генерал-маеора Леси, видя ево безсильна, ударил ево правую ланиту  и так ево ушиб, что не мог на ногах устоять. А потом генерал-маеора Шарфа изувечил без милости. Репнин хотел их сикуровать, и тот Хмельницкий воровски зделал, под ноги ударил - и на лавку не попал, а на землю упал. И я з Глебовым, видя такую силу, совокупившися, пошли на него, Хмельницкого, дескурацией и насилу от него спаслися, ибо, по щастию нашему, прилучилися дефилеи надежные. Я на утрее опамятовался на постели в сапогах без рубашки, только в одном галстухе и парике. А Глебов ретировался под стол и, пришедши в память, не знал, как и куда вытить».
 
1718 Поездка во Францию. Вспоминает посланный  встречать царя сановник французского короля и его регента Либуа: «Царь встает рано утром, обедает в десять часов, слегка ужинает, когда хорошо пообедал, и ложится спать в девять часов; но между обедом и ужином поглощает невероятное количество анисовой водки, пива, вина, фруктов и всевозможной еды. У него всегда под рукой два-три блюда, изготовленных его поваром; он встает из-за роскошно сервированного стола, чтобы поесть у себя в комнате; приказывает варить пиво своему человеку, находя отвратительным то, которое подается ему, жалуется на все...». Наступила русская пасха… : все (русские) были мертвецки пьяны. Либуа: «Один государь держался на ногах и находился почти в обычном состоянии, хотя выходил инкогнито в восемь часов вечера,   отправляясь пить к своим музыкантам, помещенным в трактире».
1718 В Париже.  «В Марли он не ограничился проказами, недостойными государя. «Это место он избрал, – рассказывает один современник, – чтобы запереться со взятой им тут же любовницей, которой он доказал свою удаль в апартаментах г-жи де Ментенон». Затем он отослал ее, подарив ей два экю, и хвастался герцогу Орлеанскому своим похождением в выражениях, которые современник решается привести только по-латыни: «Dixit ei se salutavisse quemdam meretricem decies nocte in una, et, huic datis pro tanto labore tantum duobus nummis, tunc illam exctamarisse: Sane, Domine, ut vir magnifice, sed parcissime ut imperator mecum egisti». Слух об оргиях, свидетелями которых он делал королевские дворцы, достиг г-жи де Ментенон в ее глубоком уединении. Она сообщала о том племяннице: «Мне передают, что царь повсюду таскает за собой публичную женщину, к великому скандалу Версаля, Трианона и Марли». … В Фонтенбло царь принимал мало участия в охоте, но поужинал настолько плотно, что на обратном пути герцог д’Антен счел более благоразумным отказаться от его общества и пересесть в другую карету. И он оказался прав, «потому что, – передает Сен-Симон, – царь оставил в своей карете следы того, что слишком много съел и выпил».  
1718 29 июля - вскоре после смерти царевича Алексея Петровича (26 июля), вероятно, забитого Петром насмерть. «В тезоименитство Его Величества (после обычного богослужения и пальбы) спущен в адмиралтействе новопостроенный корабль «Лесной»,который построен Его Величеством собственным тщанием, где изволил быть и Его Величество и прочие господа сенаторы и министры, и веселились довольно».
      В депешах от 4 и 8 июля Петр также сообщает об обеде, данном по этому случаю в Летнем дворце, о ночном празднестве и фейерверке. Спрошенный членами дипломатического корпуса относительно ношения траура, канцлер дал отрицательный ответ, потому что царевич умер, как преступник.
Примерно  с  того лета в обычай вошли обязательные еженедельные пьянки горожан высщего и среднего сословия  в Летнем саду.    Уклонявшихся наказывали  штрафом в 50 рублей.  В назначенный царем день над Петропавловской крепостью взвивался желтый флаг, а в пятом часу пополудни раздавались пушечные выстрелы.  Дворяне, чиновники, канцеляристы, корабелы и  иностранные матросы съезжались на лодках к Летнему саду. На центральной аллее их поджидала императрица с принцессами. Наиболее уважаемых гостей Екатерина потчевала из своих рук чаркой водки или стаканом вина. Откланявшись, гости спешили представиться императору. Петр сидел на любимом месте - на шкиперской площадке у фонтана за столом, уставленным бутылками со стаканами, лежащими трубками и кисетами с табаком. В 6 часов  дюжие гренадеры начинали затаскивать в сад огромные бочки. Резкий дух хлебной водки, исходивший от них, проникал за сто шагов даже в поперечные аллеи. Гренадеры останавливали всех подряд и предлагали выпить за здоровье царя-батюшки. Отказаться было невозможно ни старым, ни хворым, ни женщинам.  Ворота были предусмотрительно закрыты, а возле лодок стояли часовые, поэтому все пути отступления оказывались отрезанными. Покинуть сад можно было лишь с личного разрешения Петра, который давал его крайне неохотно. 
 
В царском доме пир веселый;
 Речь гостей хмельна, шумна;
 И Нева пальбой тяжелой
 Далеко потрясена.
 
 А.С.Пушкин. «Пир Петра Первого»
 
1718 Начало ассамблей, также сопряженных с пьянством. Пить должны были и женщины.  Так, дочь вице-канцлера Шафирова, крещенного еврея, отказалась на такой ассамблее от чарки водки; Петр закричал ей: «скверное еврейское отродье, я научу тебя слушаться!» И подтвердил свое восклицание двумя увесистыми пощечинами. Уклонение от и посещения ассамблей также наказывалось водкой – Берхгольц всем женщинам, пропустившим одно из танцевальных собраний, было приказано явиться в Сенат и «понести наказание, сводившееся к употреблению значительного количества водки».
 
1721 Обилие вина и шума  на продолжительном торжестве после заключение Ништадтского мира со Швецией (1721), “не мешало гостям чувствовать скуку и тягость от обязательного веселья по наряду, даже со штрафом за уклонение (50 рублей). Семь дней, как пишет Ключевский, - “тысяча масок ходила, толкалась, пила, плясала целую неделю, и все были рады-радешеньки, когда дотянули служебное веселье до указанного срока.
 
1721  июль Освящении линкора «Пантелеймон-Виктория»   - по свидетельству  Берхгольца:  «Пиршество началось, когда корабль сошел со стапеля и занял свое место на якоре. Дамы с царицей пировали в верхней каюте, а мужчины во главе с царем - в нижней. Когда Петр провозглашал тосты, на стоявшем неподалеку фрегате стреляли из пушек.
 Неожиданно царь обнаружил, что не все из гостей пьют честно. Это его рассердило, и он приказал каждому выпить в своем присутствии по большому стакану венгерского. В стаканы наливали из двух бутылок (Берхгольцу показалось, что вино смешивали с водкой), и поэтому все быстро опьянели. Проследив, чтобы выпили все, Петр отправился к дамам, но перед этим приказал никого не выпускать с корабля без его разрешения. 
 
1722 В 1722 году Петр прибыл в Москву для празднования Ништадтского мира. Специальным указом была назначена ассамблея, на которую было приказано явиться всем дамам «старше десяти лет», под угрозой «жестокого наказания». Пришло всего семьдесят.
 
1723 В августе 1723 года  голштинец   Берхгольц присутствовал на пиршестве по случаю встречи петровского ботика, которое «продолжалось с 6 часов после обеда до 4 с лишним часов утра, и так как император был расположен пить и несколько раз говорил, что тот бездельник, кто в этот день не напьется с ним пьян, то так страшно пили, как еще никогда и нигде во все пребывание наше в России».
 
1723   Годовщина празднования Ништадтского мира, в начале сентября 1723 года   М. И. Семевский пишет: “все были обязаны подпискою явиться на это празднество. В течении восьми дней по улицам Петербурга выдвигались торжественные процессии, были самые разнообразные костюмы  По свидетельству одного из участников пиров: “С этих пирушек, благодаря его высочеству (А. Д. Меншиков) и другим питухам, которые пили с замечательною энергиею и всячески старались напоить друг друга, многие сановники...редко приезжали домой здоровыми. Вино занимало сановников, танцы - развлекали дам...”
 
1724 На масленице 1724 г. толпа от шестидесяти до семидесяти человек, дворян, офицеров и духовенства, – в том числе царский духовник Надежинский, – горожан и простонародья – среди них матрос, идущий на руках головой вниз, отчаянно кривляясь, – сопровождала царя по улицам. Эти люди, набранные из числа самых горьких пьяниц и низких распутников, составляли настоящее братство, собиравшееся по установленным дням под названием «беспечального собора», и предававшееся оргиям, часто затягивавшимся на целые сутки. Иногда в такие собрания приглашались также дамы, и высшим сановникам, министрам, генералам, людям с весом и в летах часто приходилось принимать участие в развлечениях «собора».
 
1724 Саксонский посланник Лефорт  22 августа 1724 г. сообщает: «Царь уже шесть дней не выходит из своей комнаты, чувствуя себя нездоровым вследствие оргий, происходивших в Царской мызе (теперешнее Царское Село) по поводу закладки церкви, крещенной тремя тысячами бутылок вина, благодаря чему задерживается поездка в Кронштадт.
 
1725  В январе 1725 г. переговоры, завязавшиеся относительно заключения первого франко-русского союза, неожиданно приостановились; французский посол Кампредон, обеспокоенный, обратился к Остерману и наконец вырвал у него многозначительное признание: «В настоящее время невозможно беседовать с царем о серьезных вещах; он всецело поглощен развлечениями, заключающимися в ежедневных скитаниях из дому в дом по знатнейшим семьям столицы в сопровождении двухсот человек, музыкантов и тому подобное, распевающих на всякие лады и угощающихся едой и питьем за счет тех, кого посещают.
«В январе 1725 г. восьмидесятилетний старец из родовитой семьи, Матвей Головин, должен был по приказу царя участвовать в шествии, наряженный чертом. Он отказался. Тогда по знаку Петра на него бросились, раздели донага, нахлобучили шапку с картонными рогами и в таком виде выдержали целый час на льду, на Неве. Он схватил горячку и умер».
 
 
 
 
Subscribe

  • Ровесницы культуры Негада (Египет) в Европе.

    Стоит посмотреть на Балканы 5-4-тысячелетий, видишь активное развитие разных местных культур, но особенно интересен период, примерно соотвествующий…

  • Спартанский воин

    Спартанец поправляет поножи на левой ноге. Бронзовая ручка лаконийского кратера Национальный археологический музей, Афины. 555-540 BCE

  • Микенский дворец в Лаконии (Спарте).

    Холм св. Василия. Дворцовый комплекс 16-17 вв до н.э (микенской эпохи) был разрушен в результате пожара в конце 15 или в начале 14-го века до…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 21 comments

  • Ровесницы культуры Негада (Египет) в Европе.

    Стоит посмотреть на Балканы 5-4-тысячелетий, видишь активное развитие разных местных культур, но особенно интересен период, примерно соотвествующий…

  • Спартанский воин

    Спартанец поправляет поножи на левой ноге. Бронзовая ручка лаконийского кратера Национальный археологический музей, Афины. 555-540 BCE

  • Микенский дворец в Лаконии (Спарте).

    Холм св. Василия. Дворцовый комплекс 16-17 вв до н.э (микенской эпохи) был разрушен в результате пожара в конце 15 или в начале 14-го века до…