aldanov (aldanov) wrote,
aldanov
aldanov

Categories:

Цокотуха.


Красота, да? Но это не муха, а стрекоза.

Очень интересная статья С.Ю. Неклюдов Происхождение анекдота: «Муха-цокотуха» под судом советских вождей  Post-Socialist Jokelore. Постсоциалистическийанекдот. International symposion.Международныйсимпозиум. January 15th–16th 2007.15–16января2007. Koostaja A. Krikmann. Tartu: Estonian Literary Museum. Эстонский литературный музей,2007. С. 37-42 (препринт)

Одна цитата из нее:

"Наиболее ожесточенным идеологическим нападкам подверглась «Муха Цокотуха» – сказка, особенно любимая автором; даже спустя двадцать лет, в тяжелую минуту вспоминая о своей былой власти над стихом, он в первую очередь называет именно «Муху Цокотуху» [Чуковский 1994, с. 181]. «Самый страшный бой был по поводу “Мухи Цокотухи”: буржуазная книга, мещанство, варенье, купеческий быт, свадьба, именины, комарик одет гусаром...». По мнению Гублита, «муха есть переодетая принцесса, а комар — переодетый принц», «рисунки неприличны: комарик стоит слишком близко к мухе», она «улыбается слишком кокетливо», «они флиртуют» [Чуковский 1991, с. 344, 450]. Сказка подрывает веру детей в торжество коллектива, в ней выражено сочувствие кулацкой идеологии («А жуки рогатые, мужики богатые»), она восхваляет «мещанство и кулацкое накопление», она (а также «Тараканище» и «Крокодил») дает «неправильное представление о мире животных и насекомых» [Резолюция… Кремлевского детсада 1929, с. 74]. Критики выдвигают лозунг: оградим нашего ребенка от чуждых влияний! Следует заменить нереальные фантастические сказки простыми реальными рассказами из мира действительности и природы.

И о том, как С. Михалков постепенно стал для критиков важней Чуковского:
В дневнике Чуковского за 1947 г. значится: «Когда-то писали: “Чуковский, Маршак и друг.”. Потом “Маршак, Чуковский и другие”. Потом “Маршак, Михалков, Чуковский и друг.”. Потом “Маршак, Михалков, Барто, Кассиль и другие”» [Чуковский 1994, с. 181]. Наличие подобной «обоймы» имен было реальностью литературной жизни того времени («Кто входил в обойму, кто? Лев Кассиль, Маршак, Барто. Шел в издательствах косяк: Лев Кассиль, Барто, Маршак…»; автора этих юмористических и, возможно, антисемитских стишков я не помню и вынужден цитировать их по памяти). Такой же реальностью было вытеснение из «обоймы»Чуковского – после разгромной кампании 1946 г.; знанием об этом в полной мере обладала устная традиция писательской среды. Конечно, «вытеснял» Чуковского отнюдь не только Михалков, однако, как следует из приведенной записи (сделанной – что существенно – еще до кампании борьбы с космополитизмом), Михалков появляется в этом перечне первым, а на следующем шаге исчезает фамилия Чуковского. Можно быть почти уверенным, что в записи приводятся не произвольные комбинации имен, а цитаты из критических статей, чьих-то выступлений и т. д.; в этом смысле они должны быть вполне репрезентативными".


Ну, а анекдот нечто вроде эпоса "Наша история в цокотухах" (чуть поправил его начало по памяти). Обратите внимание на сокращение текста - оно тоже имеет смысл.

Приходит Корней Иванович Чуковский к Ленину. "Владимир Ильич! Я стихотворение написал. Хотел бы опубликовать." - "Ну, читайте." - "Муха, Муха, цокотуха, / Позолоченное брюхо, / Муха по полю пошла, / Муха денежку нашла. / Пошла Муха на базар / И купила самовар..." - "Стоп, стоп. Това'ищ Чуковский! Почему на база', а не в коопе'атив? Это политическая ошибка. Пе'епишите стихотво'ение!"

Встретились Михалков с Чуковским и переписали стихи. 
Пришли к Сталину на утверждение и читают: "Муха, муха, цокотуха / Позолоченное брюхо. / Муха по полю пошла, / Муха денежку нашла ..." - "Как так денежку нашла?" говорит Сталин, "у нас деньги на дорогах не валяются. Не пойдет ваша поэма".

Умер Сталин. Чуковский тоже. Уже один Михалков приходит к Хрущеву и говорит: "Я поэму написал, при жизни Сталина не публиковали." - "Читайте!" - "Муха, муха, цокотуха / Позолоченное брюхо. / Муха по полю пошла ..." - "Как по полю пошла? Нельзя по полям ходить! У нас там кукуруза растет! Нет, не пойдет" 

Ушли Хрущева. Идет Михалков к Брежневу и говорит: "Я поэму написал, Сталин и Хрущев не публиковали." - "Читай!" - "Муха, муха, цокотуха / Позолоченное брюхо..." - "Это на кого ты намекаешь - позолоченное брюхо? Нет, не пойдет".

Приходит Чуковский к Андропову. "Юрий Владимирович! Никак не могу опубликовать стихотворение, помогите." - "Ну, читайте." - "Муха, Муха, цокотуха..." - "Что вы там про ЦК сказали?!"

Помер Андропов. Идет Михалков к Горбачеву и говорит: "Я поэму написал, Сталин, Хрущев, Брежнев и Андропов не давали опубликовать." - "Читай." - "Муха, муха ..." - "Это кто там "под мухой"? Мы тут с пьянством боремся! Нет, не пойдет."

Союз развалился. Идет Михалков к Ельцину и говорит: "Я поэму написал, Сталин, Хрущев, Брежнев, Горбачев запрещали публиковать." - "А нам вообще поэты не нужны!"

Дождался Михалков Путина, приходит к нему и говорит: "Я поэму написал, никак опубликовать не могу." - "Читайте!" - "Муха, муха, цокотуха, / Позолоченное брюхо. / Муха по полю пошла, / Муха денежку нашла. / Пошла муха на базар / И купила самовар!" - "Замечательные стихи!" И дал Путин Михалкову медаль за прославление рыночной экономики, инвесторов в российское производство и недр России, которые богаты золотом, нефтью и газом. А о Чуковском забыли.
Tags: Литература, Русская история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments