aldanov (aldanov) wrote,
aldanov
aldanov

Categories:

Датировка отрешенных книг.


В Национальной библиотеке Беларуси хранится оригинальный памятник книжно-письменной культуры Беларуси XVI в. – апокриф «Аристотелевы врата, или Тайная тайных» (Виленский список). Эта рукопись написана на старобелорусском языке, представляет собой сборник, в состав которого входит и ряд астрологических сочинений. Совокупность их позволяет говорить о некоей восточнославянской «астрологической библиотеке» – древнейшем корпусе белорусской астрологической книжности оригинального, переводного и компилятивного плана, оказавшем прямое воздействие и на аналогичную русскую книжность. Судя по бумаге с водяными знаками ( вперемешку 1557 и 1548 гг)  книга записана в 1560-ых, хотя перевод, воозможно, старше еще на 60-80 лет.

Самое интересное в жизни Древней Руси для историка - то что хуже всего исследовано. К примеру, литература, которая была, да не очень-то сохранилась. Например, "отрешенные книги", которым сохраняться не полагалось, то есть разного рода "волшебные, чародейные, гадательные и всякие от церкви возбраняемые книги и писания", привезенные на Русь из Византии, Болгарии, реже из Западной Европы.  Согласно постановлениям Стоглавого собора 1551 года и   рекомендациям "Домостроя" (имеющего корни, будто бы, в Древней Руси, записанного  в XV веке в Новгороде, и окончательно оформившегося в XVI веке в Москве), эти "богомерзкие писания подлежали немедленному уничтожению огнем".ъ
Получается, отрешенные книги – ровесники Домостроя, и как он, они развивались на местной почве.

Во время церковных реформ патриарха Никона при царе Алексее Михайловиче отреченные книги сжигались целыми возами. Поэтому об их содержании часто можно судить только по их названию. Часть из сохранившихся книг, в основном травников, была собрана в достаточно поздние времена.

В. Ф. ГРУЗДЕВ  пишет в статье  «Рукописные лечебники в собрании Пушкинского Дома».

Как памятники русской народной медицины рукописные лечебники представляют большой интерес. Помимо трав, в них описываются целеб­ ные свойства минералов, а также даются гигиенические советы. Лечеб­ники ценны и для этнографа, и для историка русской культуры, ибо со­ держат немало любопытных бытовых черт из жизни русского народа. Время возникновения первых рукописных лечебников неизвестно. Наибольшее распространение в России они имели в XVII—XVIII вв. В XIX столетии их становится меньше: они вытесняются из обращения печатными лечебниками... Всего в Древлехранилище Института русской литературы имеется 28 рукописей медицинского содержания. Значительная часть их собрана на Севере России, где они были, по-видимому, в большом употреблении у населения. По времени написания они распределяются так: XVII в. — 2, XVIII в. — 17, XIX в. — 9.

Буслаев писал про травники XVII века: «... почитаю не лишним заметить, что каково бы ни было первоначальное происхождение Лечебников и Травников — из Греции через Болгарию, из Польши, вообще с Запада, или же на своей собственной древнерусской почве, только все разнообразные списки этих памятников литературы носят на себе явственные следы то иностранной, то чисто русской редакции, а во многих списках иностранное со своеземным до того слилось, что то и другое составляет одно нераздельное целое. К этому последнему разряду принадлежат два синодальных Лечебника, из которых заимствую характеристику суеверных поэтических воззрений наших грамотных предков. Не говоря о лечебных пособиях, между которыми постоянно встречаются латинские термины и приводятся иностранные средства, даже в самых заговорах и отреченных молитвах, несмотря на своеземный состав большей части из них, очевидны следы иностранного влияния, сначала греческого, потом латинского. Первоначальный состав Лечебника распространялся внесением сведений из разных источников, которые иногда упоминаются. Сверх того он видоизменялся вследствие местных условий, к которым применялся, и таким образом получал местный характер.
Молитвы о трясавицах,или лихорадках, со внесением в них притчи о Св. Сисинии, в наших Лечебниках ведут свое начало из Болгарии, потому что в статье о книгах истинных и ложных приписываются болгарскому попу Иеремии. О чародейских письменах на яблоках для исцеления от той же болезни упоминается как в Лечебниках, так и, в числе бесовских обычаев, в Паисиевском сборнике XIV в.

Ведя свое начало от ложных, или отреченных, книг и впоследствии расширяя свое содержание народными заговорами и приметами, а также выписками из старинного чернокнижия, наши Лечебники и Травники предлагали не только врачебные пособия, но и всевозможные наставления о различных важнейших случаях в жизни, для благополучного исхода которых необходимы чарующее слово, молитва, или заговор, или вещая примета. К древнейшим источникам, греческим и болгарским, с XVI в. стали прибавляться западные, из «Тайная Тайных» и «Аристотелевых Врат», из Альберта Великого, Михаила Скотта, Раймунда Люлия и других
В наших Лечебниках, русской, самостоятельной редакции, все иностранное, накопившееся в течение веков, проникнуто русским, народным характером, потому что и в том и в другом было одно общее начало: чужеземное чернокнижие было усвоено своему собственному суеверию. Само собой разумеется, что наши Лечебники, эта любопытная смесь иноземного чернокнижия с народною мифологиею, относилась к книгам отреченным. Думая каким-нибудь заговором исцелить себя от болезни или предохранить от несчастья, русский человек со страхом и трепетом приступал к чарующему средству и, заботясь о спасении своего тела, ужасался при мысли, что он тем самым губит навеки свою душу. Но суеверие брало верх над благочестивым опасением, а совесть находила себе примирение, встречая в заговорах не только священные имена, но иногда и целые отрывки из христианских молитв".

Древний слой травников - не позже XIV века и до XVI.
Следующий слой - с Запада, не позже конца XV века - начала XVI. Тут можно остановиться на истории "Тайной Тайных".

Тайная Тайных (в рукописях обычно без заглавия либо: «Аристотель премудрый»; «Книга, нарицаемая тайны») — древнерусский вариант памятника, получившего широкое распространение в средневековой Европе и известного там под названием «Secretum Secretorum». Сочинение это восходит в конечном счете к арабскому оригиналу VIII—IX вв. и представляет собой собрание житейских наставлений по различным вопросам — от политики до алхимии, которые будто бы были преподаны Аристотелем его ученику Александру Македонскому. Арабский текст «Secretum Secretorum» известен в двух редакциях — полной и краткой. В отличие от большей части европейских переводов, которые восходят к полной редакции через посредство латинского перевода Филиппа Трипольского, русский вариант наряду с неполным кастильским и еврейским происходит от краткой редакции.

Некоторые особенности древнерусской версии Т. Т. сближают ее с еврейским переводом «SecretumSecretorum», сделанным ал-Харизи в XII—XIII вв. Во-первых, в русском тексте обнаружены непереведенные еврейские слова (например, «фарисей» в значении «философ, мудрец», и др.). Во-вторых, при главах в нем встречаются обозначения дней недели — типичная особенность еврейских текстов (параши-гофтары). Наконец, отдельные «главизны» Т. Т. делятся, в свою очередь, на «врата» (в отличие от западноевропейских вариантов, в которых они называются только «capita»); на «врата» делится, между прочим, и «Логика» Моисея бен Маймонида, также переведенная с еврейского. В русском переводе имеется ряд интерполяций, из которых наиболее важными являются часть сочинения «Devenenis» Моисея бен Маймонида, медицинский трактат, также приписанный Маймониду, часть сочинения «AdregemMansorem» Разеса; очевидно, эти интерполяции имелись уже в еврейском оригинале. Кроме того, в перевод включены некоторые политические рекомендации, которые, возможно, являются вставками самого переводчика. Только в русском переводе встречается послание Аристотеля Александру Македонскому о том, как лечить Буцефала, которым завершается седьмая «главизна» Т. Т., а также заключительная глава, в которой резюмируется моральное и политическое учение, изложенное в Т. Т. Русский перевод Т. Т. предваряет «Сказание о сотворении книги сеа», источник которого неизвестен; по предположению В. Райэна, оно составлено на Руси на основании сведений, почерпнутых из «Александрии». Единственная бесспорная славянская вставка в Т. Т. — помещенный после ономантической таблицы пример действенности гадания, взятый из Мучения Димитрия Солунского. В некоторых списках к Т. Т. приложено также «Сказание о еллинском философе, о премудром Аристотеле», которое, как установил В. Райэн, представляет собой сокращенный перевод жизнеописания Аристотеля Диогена Лаэртского; вероятно, «Сказание о еллинском философе» было присоединено к переводу Т. Т. позднее и во всяком случае отношения к еврейскому оригиналу не имеет. В целом русский перевод Т. Т. довольно существенно отличается от наиболее близкой к нему еврейской версии, опубликованной М. Гастером: Gastеr М. TheHebrewVersionoftheSecretumSecretorum// JournaloftheRoyalAsiaticSociety. London, 1907, october. P. 879—912; 1908, january. P. 111—162; october. P. 1065—1084.Перевод Т. Т. сохранился в значительном количестве списков, из которых наиболее ранний — Виленский — датируется 2-й пол. XVI в. (Вильнюсская публичная библиотека, ОР, № 272 (222)); по этому списку Т. Т. опубликована М. Н. Сперанским (отрывок переиздан в ПЛДР). Виленский список ближе всего стоит к протографу перевода, причем особенности его языка свидетельствуют о том, что перевод Т. Т. был осуществлен в Западной Руси. А. Л. Хорошкевич, хотя и без достаточных оснований, называет даже кандидата на роль переводчика или заказчика перевода Т. Т. — крещеного иудея Аврама Езофовича Ребичковича, члена рады Великого княжества Литовского. Все остальные известные сейчас списки подверглись более или менее значительной русификации, поэтому дефекты древнейшей рукописи часто не могут быть по ним восполнены. Характерно, что читающиеся в Виленском списке слова западнорусского происхождения переводятся в других списках одинаково вне зависимости от контекста — верный признак вторичности этих последних.


Из русифицированных списков памятника представляет интерес довольно ранняя рукопись Т. Т., хранящаяся в Бодлеанской библиотеке (Laud. Misc., N 45), которая, по всей видимости, была переписана англичанином Христофором Бароу, деятелем московской компании 2-й пол.XVI в.

Перевод обычно датируют кон. XV или нач. XVI в., связывая его с ересью жидовствующих. Связь эту поставил под вопрос Я. С. Лурье (Идеологическая борьба в русской публицистике конца XV — начала XVI века. М.; Л., 1960. С. 195), отметивший, что о переводе Т. Т. молчат источники по истории ереси. Р. Згута предлагает считать Т. Т. политической программой жидовствующих, рассматривая произведение как апологию неограниченной царской власти, однако выписки из перевода не подтверждают выдвинутый тезис. Тем не менее традиционная точка зрения кажется более убедительной, поскольку в известном послании Иоасафу Геннадия, архиепископа Новгородского, среди книг, имеющихся у жидовствующих, называются сочинения (в частности, перевод «Логики» бен Маймонида), язык которых близок переводу Т. Т.

Перевод Т. Т. активно переписывался и читался в Древней Руси. Наиболее раннее заимствование из него обнаружил А. И. Клибанов (Реформационные движения в России в XIV — первой половине XVI вв. М., 1960. С. 348, примеч. 43) в рукописи кон. XV — нач. XVI в. ГПБ, Солов. собр., № 919/1029.

Д. М. Буланин - http://www.pushkinskijdom.ru/Default.aspx?tabid=3138


Tags: Русская история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments