aldanov (aldanov) wrote,
aldanov
aldanov

Category:

Дениска Драгунский и русский народ.

Жил был прототип "Денискиных рассказов".

Его папа имел богатую биографию:  родился в Нью-Йорке в 1913-ом, в 1914-ом его родители вернулись в родной Гомель,  в 1925 с 3-им или 4-ым мужем своей мамы мальчик переехал из Гомеля в Москву, стал актером, потом писателем, не бог весть каким, потом даже циркачом, и снова писателем, снова актером третьей руки, а потом, в 46 лет, стал писать рассказы про своего маленького сына, которого называл Денисом Кораблевым. И это принесло ему успех.
Я помню один рассказ - "Он живой и светится", там мальчик променял любимуюигрушку на светлячка. Потому что "Он живой и светится".

Денис Драгунский, 1950 года рождения, вырос, стал филологом, написал несколько сценариев, в основном по рассказам папы о себе.
В 1975—1982 годах написал сценарии следующих фильмов: По секрету всему свету (1976) Удивительные приключения Дениса Кораблёва (1979), Клоун (1980).
А потом, окончательно созрев, вдруг стал рассуждать о русском народе:


Как водится, расколотый образованный класс ссорится по поводу некоего третьего лица. В конце XIX века в России спор шел о крестьянстве. В начале ХХ века — о рабочем классе. А вот сейчас заговорили о «народе вообще». Об этих чертовых 86%.

Одни (так называемые либералы) пугаются, что необразованных и глупых слишком много и это ужасно, это подавляет, нечем дышать, куда катимся, что за судьба у нашей страны и т.п. Другие (так называемые патриоты), наоборот, осуждают первых за некий, извините за выражение, «креаклизм», то есть за снобизм и пренебрежение по отношению к простому народу.

Успокойтесь, господа. Вы делаете две ошибки.

Во-первых, не 86%, а всего 80%. Четыре пятых, другими словами. 6% явно накинули социологи. С двоякой целью. Польстить власти — это раз. Придать цифре видимость объективности — это два. Не 80% и не 90%, а именно что 86%. Ну просто как в аптеке.

Во-вторых, четыре пятых — это наивозможнейший минимум плохо образованных, не способных к рациональному рассуждению и спокойному рассмотрению чужой точки зрения, а также (то ли вследствие неучености, то ли как-то само по себе) бессмысленно жестоких людей.

...

Фраза «крестьяне кормят нас хлебом», или «рабочие делают для нас машины и мебель», или «продавец стоит ради нас за прилавком» — это либо метафора на грани жульничества, либо невежество на уровне девятого класса средней школы.

Ну или какое-то совершенно комичное толстовство: добрый хлебопашец несет свежевыпеченный каравай в подарок графу-писателю, «великому креаклу земли русской».

Нет! Они трудятся, потому что зарабатывают себе на пропитание, одежду и жилье, вот и все. Не будут трудиться — с голоду помрут, а этого им, естественно, не хочется. Поэтому нет никакого резона фетишизировать сам факт, что какие-то граждане каждый день рано утром идут на тяжелую работу.

Конечно, эти люди в подавляющем большинстве случаев не виноваты, что оказались в этой мрачной социальной зоне. Но уж как стасовалось, так и выпало. Больше того. Какое-то количество упорных и одаренных людей постоянно выбивается наверх. Но примерно столько же людей вялых и неумных одновременно опускается вниз. В эти самые четыре пятых.

Этих людей не надо осуждать за их темноту: они, повторяю, в этом не виноваты. Далее, эти люди обладают всей полнотой человеческих, гражданских и политических прав, разумеется, включая избирательное. Любая попытка ограничить эти права чревата обрушением всей социально-политической конструкции современного государства и должна — на мой взгляд! — решительно пресекаться.

Но ни в коем случае нельзя ориентироваться на их суждения, ценности и жизненные устремления. Потому что эти люди ни в коей мере не являются кладезем морали.

Скорее наоборот. Именно они, как показывает история, громят и убивают во время Варфоломеевских и Хрустальных ночей, линчуют негров, пишут доносы на друзей-соседей, а также на лично не знакомых киноартистов и военачальников, а когда в их городок приходит эшелон с депортированными поволжскими немцами, кидают в стариков и детей комья грязи с криками «Фашисты!».

Именно они покупают акции банка Джона Ло, компании Панамского канала и МММ. Именно они поддерживают и одобряют любую власть и радостно повторяют слова, услышанные по радио или от государственных пропагандистов.

Они даже не аморальны. Аморализм — это ведь тоже этическое учение, требующее определенного напряжения ума и некоторых знаний. Они чаще всего бывают имморальны, то есть вне морали. Им почти недоступны категории добра и зла, выходящие за пределы их повседневного быта, за пределы сиюминутной личной выгоды. Именно сиюминутной, потому что задуматься о сколько-нибудь отдаленных последствиях своих поступков они не в силах".

Короче говоря,  Дениска немножко скурвился со времен своего светлячка. Аморализм ему стал доступен за счет напряжения ума и некоторых филологических знаний, а вот понять, что повседневный быт тоже требует морали и не обязательно весь продиктован сиюминутной выгодой, и что дураков не  4/5 населения, а существенно меньше, и образование не гарантирует ума и порядочности, он уже не сможет никогда.

Не тот возраст, когда живут чувствами. И не тот, когда можно что-то исправить филологией.
Что нам сказал "светлячок"? Что он, тяжелее ложки или авторучки ничего не поднимавший, вместе с такими, как он, смысл существования  80% общества. И что остальные создают богатства общества по дурости, а он - сознательно. И он уж так нас обогатил - не расплатиться.

Прощай, Дениска из рассказов про Дениску. Ты оказался сволочью.

Tags: Вокруг театр, Общество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments